— У вас хороший пример перед глазами. Ваш отец поднял такой большой бизнес с нуля.
— Да, и не развалить бы его своей некомпетентностью. Я только начал изучать управление.
— Я поняла, вы пессимист, — лыбится.
— Скорее реалист...
Мурыжат меня часа два. Интервью, показать производство и офис. Снимают каждую мелочь.
На прощание Арина всовывает мне свою визитку и просит позвонить, если что-нибудь понадобится. Но посыл у этой просьбы другой — буду не против встретиться лично.
Когда уезжают, понимаю, что в больницу я уже не успеваю.
Обед давно прошёл.
Звоню маме, говорю, что не приеду. Сокрушается и ругает.
Да что я сделаю? У меня встреча через полчаса.
Вы сами же поставили меня во главе. А теперь хотите, чтобы я разорвался?
Прости меня, мама, хренового сына...
Глава 38
На улице неожиданно стало темно. И это не я засиделся на работе, а город накрыла грозовая туча.
На часах восемь. Ещё полчасика и поеду...
Тихий стук в дверь.
Ксения Анатольевна давно дома. И в офисе тишина, ушли все.
— Войдите, — не отрываюсь от компьютера.
Яна, мать её... Ковалевская.
— Почему вы не дома? — прислоняется спиной к косяку, красиво поставив ножку.
— Надо кое-что доделать... Кстати, — откидываюсь и смотрю на неё серьёзно. — Вы так и не сдали мне отчёт, Яна Артемьевна. Все сроки давно прошли, и я уже не раз напоминал.
— Как раз над ним работала, — медленно и хищно стала ко мне приближаться, виляя бёдрами.
Да, блядь... Ты сегодня четвёртая.
Сегодня у меня в гороскопе звёзды как-то иначе выстроились? Или я пахну не так, как обычно?
— И как успехи? — пытаюсь не смотреть на неё, делая вид, что не замечаю, что садится на край моего стола.
Потираю затёкшую шею.
— Хорошие успехи. Просто ваш папа никогда меня не торопил с отчётами, вот я видимо и расслабилась.
Обошла меня и встала за кресло. Рывком притянула к спинке и начала разминать мои плечи. Прикольно. Но... На фонтан эмоций и моё возбуждение не надейся.
— Ты такой напряжённый, мышцы скованы, — хрипло шепчет в затылок, соблазняя.
— А в какой момент мы с вами успели перейти на ""ты""? — морщусь от сильных надавливаний.
— В этот самый, — шепчет на ухо.
Разворачивает кресло и садится мне колени.
Охренеть! Вот это прыть.
Проводит ногтем по скуле и подбородку, по губам. Тянется для поцелуя. Откидываю голову назад, и она застывает. В глазах скользит разочарование и злость."
"— Слезла!
Виновато бегает глазками и встаёт.
— Извините...
— Первый и последний раз такое отмачиваешь. Я почти женат.
