— Что уставился?! Я хотел женщину и получил, целый год мою постель грела. Цена не имела значения.
— Ну ты и…, — со всего маху двинул родственнику в челюсть. — Слушай, гнида, сюда, с этой секунды считай, что воскрес. Первое – разведёшься с Кирой и в качестве компенсации оставишь всё, что скажу. Второе – продашь мне свою долю в фирме по той цене, которую назову. И третье – после уберёшься из наших жизней раз и навсегда. И не дай тебе бог хоть один пункт нарушить, клянусь, вернёшься в ряды мёртвых и уже по-настоящему.
— Зачем? Если всё можно оставить как есть. Какая разница, жив я или мёртв? Фирма и так твоя, Кира вдова — путь свободен.
— Неужели стыдно возвращаться?
— Не твоё дело.
— Как раз очень даже моё. Решим всё сейчас. Рано или поздно, но тебе надоест сидеть в своей конуре, захочешь вернуться. Начнёшь предъявлять права, на фирму, на Киру и сломаешь всю стабильность, которую к тому моменту мы успеем создать. Так что нет, разница есть и огромная.
— Обещаю, я не вернусь.
— Да, тогда скажи, сколько раз за этот месяц ты хватал телефон и порывался позвонить Кире? Что глаза опустил, так много? Готовься, сегодня увидишься с законной супругой.
В последний раз. За этим уж я прослежу.
Глава 23
Обратный путь из городка до дома занял целую уйму времени и отнял столько же нервов. Виктор постоянно требовал остановиться, то у него нога затекла, то ему приспичило навестить кусты, то кофе вынь да положи. Ей-богу с младенцем в дороге и то было бы проще.
А как со сворота крышу родного дома заметил, так и вовсе закатил истерику, хватался за ручку двери и грозился на ходу вывалиться из машины.
Вопил, что лучше шею свернёт, чем вот таким со всех сторон виноватым встретится с Кирой. Пришлось опять тормозить и усмирять бунтаря.
— Что застыл? Открывай, проходи, — отперев замок и даже дав родственнику немного потоптаться на крыльце, чтобы на предстоящую встречу с женой настроится, я его поторопил.
— Олег, избавь меня от этого, а? Давай я уеду, куда скажешь, а Кире всё ты объяснишь.
— Да, будь же ты мужиком, — сам распахнул дверь и втолкнул Виктора внутрь дома.
Киру ни звать, ни искать не пришлось. Она уже с ярко выраженной претензией на лице, со скрещенными на груди руками и нервно постукивая носком тапка по полу, поджидала меня на первом этаже, так понимаю, чтобы выполнить обещание - выклевать мне весь мозг.
— И где ты был? — обманчиво ласковым тоном протянула она, даже не придав значение тому, что за моей спиной кто-то прячется.
