Когда она реагирует, маячу ложкой. Пока Нюта с аппетитом уминает кашу, доедаю свой омлет.
– Тогда договорились.
День проходит шумно и продуктивно. Месяц назад мы перешли на два дневных сна и перестроили режим. Чтобы все успевать, приходится работать в полтора раза активнее. Иногда кажется, что за сутки тысячу раз перебрасываем малышку с рук на руки. Хотя, может, не просто кажется… Вращаемся на пределе. Зато вечером выдыхаем и расслабляемся. Я обожаю идти рядом с Киром, когда он катит коляску. Моя рука в его руке, и Нюта нам улыбается.
– У кого уже целых шесть зубиков, а? У кого? – восклицаю высоким дурашливым тоном.
И малышка, демонстрируя те самые зубы, заливисто хохочет. На этот звук невозможно не реагировать, и мы с Киром, не сговариваясь, смеемся.
– Она такая красивая! – восторгаюсь не первый раз. – Такая забавная! Я так ее люблю! – аж голос на эмоциях дрожит. Прижимаюсь лицом к Бойкиному плечу, чтобы унять излишнее волнение. – Просто нереально.
– Очень даже реально, – заключает муж. – Наша же.
– Ага, – киваю усиленно. И вскидываю к нему взгляд. – Наша.
Наклоняясь, целует меня в нос. Я следом губы подставляю. Пару крепких поцелуев, и Бойка спрашивает:
– Ты как? Не устала?
– Неа, – мотаю головой. – Мне хорошо! А тебе?
Заглядывая в глаза, стискиваю его ладонь до тех пор, пока не ощущаю ответное пожатие.
– И мне, киса. Зашибись!
А вот Нюте вскоре надоедает сидеть. Проявляя недовольство, вытягивает руки и громко требует: «Най, най, най…». И Бойка, конечно же, исполняет ее желание – берет на руки.
Коляска остается в стороне, пока они, под исполняемый Киром рэпчик, рассекают по берегу. Маты он, безусловно, мастерски заменяет более приемлемыми словами. Но даже так звучит и выглядит, как хулиган.
– Бойка, – смеюсь с ними. – Ты неисправим!
– Снимаешь?
– Снимаю, конечно! И знаешь… Я тут вспомнила, как ты заставил меня петь на камеру гимн.
– Центурион!
– Давай, давай! Я уверена, у тебя еще круче получится!
– Зараза, – выдыхает беззлобно.
Не снимая капюшона, выдает с Нютой на руках новую рокерскую версию.
Грубоватый, самоуверенный и наглый, но такой родной. Самый лучший! Самый смелый! Самый сильный!
– БРА-ВО! – кричу я.
А со стороны свистом поддерживают незнакомые нам люди.
Это и правда выглядит впечатляюще. Настолько, что дух захватывает. Большой, красивый парень с милой малышкой на руках валит наповал своей мощной энергетикой. Когда-нибудь, как предсказывает Курочкин, он станет легендой. Я в это тоже верю.
