Стискивая челюсти, напоминаю себе, что я, блядь, из стали. – Куда вы ее везете?
– Варя… Дочка… – лицо и шея в синяках.
«Круто» входит эта картинка. Как лезвие ножа."
"– Поднимаемся в родовое. Экстренно оперировать, – на ходу тараторит одна из медработников. Голос, поставленный и высокий, дополнительно задевает все нервные окончания. – Я сказала, экстренно! Быстрее, ребята.
– Мне страшно… – стонет Валентина Николаевна. – Страшно…
– Могу я… – тут же бросается следом Варя. – Могу я с вами пойти? У меня все анализы свежие.
Я регулярно прохожу обследование.
– Девушка! Нам некогда проверять. Счет на минуты!
– Так не проверяйте! – несется за ними.
Ловлю ее ладонь.
– Варя, стой. Подождем здесь.
– Нет… Ты подожди, хорошо? Я должна… – тянет руку.
Пальцы медленно выскальзывают, пока я судорожно соображаю, что мне, блядь, делать дальше. Ноги врастают в пол, в мозгах полнейший хаос.
Варя просто влетает с бригадой в лифт, а я остаюсь.
Говорил ли я, как ненавижу больницы? Больше всего на свете! Долгие минуты ожидания законных пару лет жизни отбирают.
Не знаю, из-за чего конкретно меня так штормит... Раскидывает на куски, усидеть на месте не могу. Прижимая ладони к губам, таскаюсь по чертовому коридору, пока перед глазами все не расплывается, а в голове не сбоит последняя плата.
Ничего не угрожает единственному родному мне человеку. А на остальных должно быть насрать. Жаль, конечно. Чисто по-человечески сочувствую. Тупо, как чужим. Ничего более. По другим причинам шманает. В первую очередь, потому что не вижу Варю.
Остальное осознать не могу – мраком скрыто.
Какой-то мужик, решив, что у меня, потерянного, как и у него, жена рожает, зовет перекурить вместе. Но меня даже никотин сейчас ни хрена не манит. Мотая головой, отказываюсь.
Наворачиваю и наворачиваю круги у лифтов. Наматываю такое количество энергии, что впору взлететь. Да только сердце тяжелое. Тянет к полу. Прибивает. И плевать мне «на вертолеты», остановиться не в состоянии.
В какой-то момент просто вынужден отойти в сторону – везут новую «экстренную», суету творят.
Отхожу и отворачиваюсь к окну, чтобы не видеть того, что на повторе ситуации вызывает слишком острые эмоции.
Наклоняя голову, хрущу на нервах пальцами.
А потом… На мобилу прилетает «входящее». От нее. На автомате опускаюсь в ближайшее кресло. Руки странно дрожат, пока снимаю блок и открываю приложение.
Впиваюсь воспаленным взглядом в экран и резко выдыхаю. Сердце теряет силу и ритм. Вместо него грудь разбивает какой-то маятник.
