— А вы что, князь, зашли пожелать мне доброй ночи, не поздно ли? — слегка повысив голос в конце фразы так, чтобы там появились истеричные нотки, спросила Ирэн.
— Ладно вам, — примирительным тоном сказал князь, — я пришёл сделать вам предложение.
Ирина вопросительно на него посмотрела.
— Вы поклянётесь мне, что добровольно переедете в Бротту, и никогда более не вернётесь в Стоглавую империю. А ещё вы напишете письмо на имя императора, что это ваш супруг барон Виленский уговорил вас покинуть империю, шантажируя детьми, —выдал своё предложение Ставровский.
Ирина не ожидала, что такой большой чиновник, глава государственного совета окажется таким подлым предателем.
— А зачем вам письмо на моего мужа? — спросила Ирэн вместо ответа
— это не ваше дело, но, если вы хотите жить, то у вас есть только один выход, это тот, который я вам озвучил, — резко ответил Ставровский и повернулся, чтобы выйти, показывая, что не собирается отвечать ни на какие вопросы, и не говорить больше ничего.
Возле самой двери повернулся и добавил:
— Времени у вас до рассвета, в четыре утра я приду либо за положительным ответом, либо за вашей жизнью.
Улыбнулся акульим оскалом, освещённым свечой в полумраке комнаты, и прошептал:
— Отдыхайте, я пришлю к вам служанку с чаем.
Когда Ставровский вышел, Ирина поняла, насколько она была напряжена всё время пока он находился в комнате.
Она ощутила, что этому человеку нечего терять и он действительно готов её убить. Стало себя жалко, но ещё жальче стало детей, Танюшу и Сашеньку, каково им снова будет потерять маму.
Еле сдержала подступившие слёзы. Не будет она плакать, не увидит Ставровский её слабости.
Через некоторое время пришла служанка и принесла чай, на подносе вместе с чашкой стояла свеча и стало немного повеселее. Служанка ушла, а Ирина заметила на подносе маленький квадрат бумаги.
Развернула и поднесла его ближе к свече. На нём незнакомым почерком было написано:
«Не ложитесь, ждите, за вами придут»
Надежда снова расправила крылья и настроение поднялось.
— Конечно они не оставят меня в беде, — Ирина с благодарностью подумала о Забела и о Виленском. Почему-то ей казалось, что несмотря на разногласия, эти двое обязательно объединятся и удвоят усилия, чтобы её спасти.
Время тянулось бесконечно, Ирина не стала ложиться, а продолжила сидеть на неустойчивой табуретке, чтобы даже, если она уснёт, то упасть и проснуться.
Наконец, она услышала звук ключа, отпирающего дверь. Сердце забилось.
