А потом и император с императрицей погибли, и пришлось Александру становится императором. А он не хотел. Военным хотел быть.
— А кто была невеста-то наследника?
— Так принцесса Деймара и была, это потом уже на ней Александр женился.
Но Ирина не могла успокоиться:
— А других невест у кронпринца Николая не было?
Прасковья Валуевна, растерянно глядя на Ирэн и не понимая откуда такие вопросы, ответила:
— Да вроде нет. Хотя хорош был наследник, высокий, красивый, загадочный, горячий.
Его отец и сговорил пораньше, чтобы делов-то не наделал.
Ирине хотелось ещё порасспрашивать, но она вдруг поняла, что это слишком страшная тайна, чтобы втягивать в неё ещё и Прасковью Валуевну. Здесь надо либо с Забела говорить, либо с Шуваловым.
Хотя нет, с Шуваловым не надо, потому что он не оставит в живых, случись что, будет исходить из интересов государства.
А может вообще посоветоваться с Виленским?
Дверь отворилась и вошёл доктор.
Незнакомый, в годах, седой."
"Попросил принести больше свечей, расспросил Ирэн что она чувствует, посмотрел глаза, попросил высунуть язык. И под конец достал что-то типа лакмусовой бумажки* и попросил Ирэн плюнуть.
(*Лакмусовая бумага — это индикаторные бумажные полоски пропитанные специальным веществом (лакмусом), которые меняют свой цвет в зависимости от кислотности (pH) раствора)*
Бумажка изменила цвет.
— Так как очень интересно, Ирэн Леонидовна, и где же вы шалфеем предсказателей надышались? — спросил доктор и повернувшись к Прасковье Валуевне, которая так и оставалась в комнате, добавил:
— Очень неприятная штука этот вид шалфея. Знаете, я практику делал в Сибири, так там шаманы использовали эту траву, чтобы входить в транс. И знаете что?
Прасковья Валуевна даже приподнялась в кресле: — Что?
— Не всегда из этого транса выходили.
Так и оставались там, — как-то немного театрально, с ноткой драматизма, прозвучало от доктора
— Где? — казалось, что госпожа Гайко вся превратилась в слух
— В мире духов, конечно, — наконец-то закончил фразу доктор.
Ирэн подумала, что, вероятно, такая манера говорить у доктора, оттого что ему доставляет удовольствие привлекать внимание «публики» к своим рассказам.
