Что ты видишь?
Я серьезно отнесся к его вопросу и внимательно вгляделся в людей, хотя и не понимал, к чему генерал ведет.
– Сливки общества? – добавив в голос сарказма, спросил я.
– Это они себя считают сливками, – покачал головой отец. – А на самом деле они отбросы. Опухоль на теле человечества. Сильная, зажравшаяся и разросшаяся от вседозволенности опухоль. Им же ничего в этой жизни не надо, кроме денег. Причем денег ради денег. Чтобы было. Они не живут, а существуют. Бесятся с жиру, выдумывая всё новые развлечения, и ни во что не ставят жизни обычных людей.
Честных людей. Почему честных, спросишь? А потому что в нашей стране, да и не только в нашей, честным трудом не разбогатеешь. Впрочем, я не об этом хотел сказать.
Он снова посмотрел на меня.
– Лучше, сын, быть военным с копеечной зарплатой, чем таким вот дерьмом, считающим себя сливками общества. А в прошлую нашу встречу я просто вспылил. Не заметил, что ты уже вырос.
– У меня хорошая зарплата, – вставил я, просто чтобы не молчать.
– Да это не важно. Если тебе что-то будет нужно, то ты всегда можешь обратиться ко мне. Всегда, слышишь?
Я в ответ лишь кивнул, решив не спорить и не доказывать отцу, что и сам могу со всем разобраться.
– И ещё одно, – немного помолчав, продолжил родитель. – Если вдруг возникнут проблемы, то помни, что я сделаю всё, чтобы их решить. И Короб тоже.
– Да какие проблемы? – пожал плечами я. – У меня всё хорошо, пап. Честно.
– Предчувствие у меня, сын. Плохое предчувствие, – он снова умолк, смотря невидящим взглядом куда-то в сторону, потом мотнул головой, словно отгоняя наваждение, и улыбнулся.
– Ладно, хватит о грустном. Расскажи лучше, как поживаешь? Короб мне, конечно, докладывает… Но сам знаешь, доклад – это всего лишь доклад.
– Докладывает? – попытался возмутиться я, но не выдержал и рассмеялся.
Ну действительно, а чего я хотел? Чтобы Короб что-то скрывал от своего друга и командира? Или чтобы отец, который всё в этой жизни привык контролировать, вдруг взял, да и оставил своего единственного сына в покое.
– А куда он денется? – тоже повеселел отец. – Докладывает, конечно. Работа у него такая. Ты, кстати, домой не хочешь заглянуть на днях? Можешь даже со своей девушкой. С Викой познакомишься, а то в прошлый раз как-то нехорошо получилось.
Отец быстро всё это произнес и во второй раз на моей памяти смутился.
– Заеду, – пообещал я, пытаясь скрыть улыбку. – Скорее всего – послезавтра, если на работу не выдернут.
