Свекровь отчитывалась за день: Машенька хорошо покушала, в садике ей наказали выучить стихотворение, и они с дедом учили целый вечер, Миша пошел на двор погулять, все нормально, из окна его видно, нет, горло не болит… Трубку детям дать? А зачем? Машенька сейчас в постели уже, а Мишку, что ли, со двора звать?
– Светлана Петровна, по математике у Мишки как? У него там проблемы были. – Ольга высунулась из кухни в прихожую, тихо охнула и прикрыла рот ладошкой. – Извините, я вам перезвоню… Да-да, Стас пришел. Я перезвоню!
Она швырнула трубку и кинулась к мужу.
Стас сгорбившись сидел на пуфике, стягивал ботинок, скривившись, а лицо и куртка – все было в крови. Глаз заплыл, подбородок, нос – сплошное месиво…
Главное – не плакать. Стас ненавидит, когда она пугается и плачет. Плакать сейчас нельзя.
– С-суки… – процедил муж и скинул наконец ботинок.
Что ж она стоит-то? Ольга бросилась к нему через тесную прихожую, обняла. Стас тут же сморщился от боли, цыкнул языком, зашипел, как кот.
– Тихо…
– Больно, Стасенька?
– Ничего, нормально… С-суки… Слава богу, зубы целы, кажется.
Скинул куртку ей на руки, пошел в ванную."
"Пока Стас стоял, наклонившись над раковиной, Ольга маялась в дверях с полотенцем наготове. Вода в раковине была вся красная, как будто свеклу мыли.
«Это не свекла, это кровь», – подумала она, тупо уставившись на розовое в раковине. Ольга никогда раньше не видела столько крови.
Потом, подавая ужин, она все косилась на Стаса, ждала, чтобы он заговорил, боялась спрашивать. После того как муж промыл раны и Ольга смазала их перекисью, оказалось, все не так страшно, как выглядело поначалу.
Губа была разбита, щека заплыла и почти закрыла глаз, нос распух, но Стас сказал, что, кажется, он не сломан, и в трампункт ехать отказался. Взял из морозилки пакет со льдом, приложил к переносице и сидел так, пока она разогревала мясо.
– Как ты, Стася?
– Ниче, жить буду.
– Тебя убить хотели? – Ольга принялась собирать тарелки. Руки у нее тряслись.
– Хотели бы – убили. А это так… Предупредительный выстрел был…
– В тебя стреляли?!
– Пока нет.
Фигура речи.
– Кто это был, Стас?
– Сама знаешь.
Она знала, конечно. Все те же. Они не остановятся и не отстанут, пока не получат то, что хотят.
– Стас, нужно в милицию пойти. В конце концов, милиция должна вмешаться…
Стас вдруг рассмеялся, но тут же схватился за ребра и скривился – смеяться было больно.
– Так вот они и вмешались.
– Кто? – Ольга ничего не понимала. На секунду ей показалось, что муж сошел с ума.
