– А эти блестки… эти жемчужные шарики… – начал Марк, протягивая руку к спирали.
– Зеркала, Судья. За каждым – тоннель, подобный тому, в который мы попали в Солнечной системе. Огромное множество Зеркал и тоннелей. Никто не знает, сколько их.
– И все открываются в мирах, подобных Юпитеру?
– Не обязательно. Есть другие пункты пересадки, не такие крупные, и от них идут разветвления планетных сетей. Иногда эти планеты похожи на Землю, иногда – нет.
Воцарилась тишина. Оглянувшись, Марк увидел, что рини молча любуется сказочным зрелищем; отблески света играли на его лице и золотистых волосах, придавая Хийару вид задумчивый и торжественный.
Он ничего не спрашивал и, очевидно, не интересовался, как устроено то или это; его пленяла только красота, и главным в спектре эмоций рини были благоговение, восторг и радость. Так, должно быть, сказочный эльф глядел бы на седьмое небо, на Эдем, куда он вознесся, отряхнув грязь и пыль Земли.
Спираль из Зеркал-жемчужин теснее смыкалась вокруг «Аната». Они уже не выглядели мелкими; приближаясь одна за другой, они вырастали в размерах, становились похожими на диски из полированного серебра, таившие в своей глубине нечто смутное, прорывавшееся на поверхность то всплеском сине-зеленой волны, то алым разливом вечерних зорь, то темным угловатым росчерком камня или какой-то неясной конструкции.
Несомненно, эти видения что-то означали, но их немой язык был непонятен Марку. Такая мука – смотреть, не понимая! В этом он отличался от рини, он был человеком, а потому ценил знание выше красоты.
Хотя, вероятно, нашлись бы люди, пусть не очень многочисленные, готовые оспорить этот тезис."
"– Там что-то двигается, – наконец промолвил Марк. – Но я различаю только тени и цветные пятна, что мелькают в Зеркалах, только половодье красок и неясные контуры… Что это такое? Есть ли смысл в этих фантомах?
– Вы не видите, Судья? – спросил Первый, скрестив на груди тонкие руки и глядя на Марка. – Да, разумеется, не видите… зрение у Древних было устроено иначе… Я бы даже не назвал это зрением – восприятие, вот более точный термин.
– Серв отвернулся и возвысил голос: – Анат! Судье Вальдесу недоступны картины в Зеркалах. По отношению к гостю это невежливо.
– Моя вина, – послышалось в ответ. – Не смог уловить его желания.
– Желания сколько угодно, нет возможности, – проворчал Марк. – Что, к примеру, здесь? Эти коричневые разводы на сером фоне и мелькание желтых пятен? И эти синеватые…
Он замер, не спуская глаз с экрана.
