Кабанов сел на свое место, поглядывая на Барика и что-то говоря Райко.
Физюля, Татьяна Михайловна Рудакова, была топ-2 в моем рейтинге самых нудных учителей. Лидировала в этом списке историчка. На физюлю достаточно было посмотреть, чтобы понять: этот человек блистать не будет. Серым у нее было все, кроме кожи. Она всегда носила вещи всех оттенков серого, куталась в серую вязаную шаль, носила серую жилетку, волосы и глаза у нее были пепельными, голос — тихим и монотонным. Эдакая огромная сумеречная моль, которую прокляли, и она вынуждена терпеть солнечный свет, буйство красок и визги человеческих детенышей.
Ходило множество слухов относительно ее серости. Одни говорили, что у нее аллергия на все, включая косметику и красители, другие — что серьезное психическое заболевание. Однако она жила в браке и растила сына-третьеклассника.
После физики мы пошли переодеваться на физру. Я подумал, что Гаечке сейчас особенно тяжело среди агрессивно настроенных девок. Только бы не тронули ее, она в одиночку не отобьется.
Потому я переоделся первым и привалился к стене, дожидаясь подругу в коридоре. Она тоже переоделась первая, вылетела из раздевалки и встала рядом.
— Подумай хорошо, Гайчукча, — донесся голос Барановой. — Тебе ж хана.
— Как можно быть такой гнилой? — проговорила Гаечка, и мы вместе вошли в спортзал, предполагая, что оттуда нас погонят на площадку, пока погода хорошая.
Так и случилось. Размявшись, мы прыгали, бегали, метали мяч. Весь урок я ловил удивленный взгляд физрука.
Окончательно его я удивил, пробежав кросс вторым после длинного и тонкого Памфилова, который, судя по комплекции, был прирожденным стайером, я же ближе к спринтерам."
"А после физры команда бойцовского клуба наконец воссоединилась, и Гаечка, задыхаясь от восторга, рассказала Димонам и Меликову, как я подловил Баранову, и она не получила «отлично».
— Жаль, не видел этого, — буркнул Рамиль. — Какая же она мерзкая!
— Я бы тоже посмотрел, — улыбнулся Минаев, потерявший из-за нее заслуженную «пятерку», и злобно улыбнулся.
— Гнида мичуринская, — сострила Гаечка.
Анекдот про гигантские мичуринские овощи, Вовочку и раков, которых он выдал за мичуринских лобковых вшей, все знали, потому рассмеялись.
— Давайте так всегда делать, пока она не попустится? — предложила Гаечка. — Кто-то учит, готовится, а она пару вопросов задала — и молодец, а ты типа тупой. А у нее все вопросы дурацкие!
— Поддерживаю, — прогудел Чабанов.
