Низкий ему поклон!
Чем мне нравилась наша классная Елена Ивановна, она очень редко проводила классный час, запланированный шестым уроком: молодой учительнице тоже не хотелось портить себе пятницу. Но не сегодня. Сегодня она решила перестраховаться, потому что в школе переполох, скоро нагрянут проверки и, возможно, покатится голова дрэка. Как бы мне ни хотелось уйти, лучше классную не подставлять.
Потому после пятого урока все собрались под дверью кабинета биологии, включая помятого Кабанова, мрачного и набыченного.
С Райко он демонстративно не общался, да и с Памфиловым не особо, как говорится, присутствовал, отсутствуя.
Я отлично его понимал: жил себе парень, как сыр в масле катался. Деньги, статус, сытая красивая жизнь, а потом вдруг щелк — и все. И оказалось, что приятели дружили не с тобой, а с твоей сытой жизнью и статусом. Это закончилось, и ты утратил ценность, перестал быть равным и превратился в мальчика на побегушках, за которого подписываться в драке — себя не уважать."
"В РПГшках есть песочницы, где нубы отыгрывают взрослую жизнь.
Школа — та же песочница, те же проблемы, но поменьше калибром, и примерять социальные роли, разруливать проблемы надо учиться уже здесь. Тем, кто думал, что песок в песочнице — для того, чтобы прятать голову, потом придется ой как несладко. А родители, старающиеся оградить чад от стресса, делают им медвежью услугу.
Это как переболеть всеми болезнями в садике, а к школе выработать иммунитет. Тот, кто просидел на печи, потом просто сдохнет от болячек.
К нам подошли Кабанчик с Памфиловым. Санек, отводя взгляд, протянул руку.
— Спасибо, Пашка. Не думал, честно… — Он тряхнул головой. — Думал, хана мне, ребра переломают.
Боковым зрением я следил за Райко, вокруг которого вились Барик, Плям и Заславский, сверлили нас взглядами, перешептывались. Если Кабанчик с Памфиловым к нам переметнутся, эти останутся в меньшинстве, и уже они будут ушки прижимать. Потом, например, после каникул, они сделают вид, что ничего не было, и полезут дружить. Но для начала повоюют, побарахтаются.
— Проехали, — сказал я. — Ты как вообще, цел? Без переломов?
— Синяки только, — скривился Санек.
— Чего они на тебя наехали? — спросил я.
Кабанов позеленел, взгляд его потускнел, и он махнул рукой.
— Расскажи, вдруг проблема решаема? — настаивал я.
— Сам разберусь. Ты ничем не поможешь.
Заговорил Денчик:
— Да ну че тебе? Ну а вдруг. Мало ли.
Я улыбнулся и сказал:
— И правда: мало ли. С тебя не убудет, а вдруг я могу помочь.
