– Да она и есть, – сказал Заславский, задумчиво глядя на девушку, – ребенок! Ну, давай потащили!
Громила выбрался из салона и, перебросив через плечо хрупкое тело Алисы, нырнул в подъезд. Так было безопаснее, лица Алисы было не видно, а когда навстречу бандиту попалась одна из престарелых соседок, с изумлением воззрившаяся на него и его ношу, последний лишь расхохотался и похлопал Алису по заднице. Этого было достаточно, чтобы старая кошелка с возмущением отвернулась и поспешила дальше по своим делам, ругая, очевидно, про себя нынешние распутные нравы.
Вертел пересел за руль «порша», и через несколько минут машина уже катила на север города, где еще долго простоит незамеченной на одной из тихих улочек.
В квартире на Некрасова Алису разместили в свободной комнате, уложив на диван.
– Ух ты! – восхищенно прокомментировал Арсений, разглядывая девушку. – Красавица!
– Остынь! – Я вглядывался в ее лицо. – Если кто-нибудь пальцем прикоснется – оторву! И палец и еще кое-что! Ясно!
– Я, Знахарь, не маньяк! – заметил Бык.
– И на женщин не бросаюсь, если только они сами этого не просят! А этот хакер (он кивнул в сторону двери, за которой уже исчез смутившийся Арсений) – тем более! Все будет в ажуре!
– Лады! – Я посмотрел на часы.
15:03. Через два часа должно состояться торжественное открытие «бензокачки». У Лазарева не будет времени на размышления после моего звонка, и это хорошо.
Я вернулся в комнату, где мы накануне вечером пили кофе. Кофе и сейчас наличествовал. Заславский, хмурый после бессонной ночи, наварил его в достатке.
Щелкнул тостер, которым хозяйственный Федор Артурович успел обзавестись накануне.
– Вы уверены, – поинтересовался он, смазывая маслом тост, – что стоит так рисковать? Я в свое время был неплохо знаком с Лазаревым, но предсказать его поведение не берусь. Во-первых, люди меняются и «сегодня ты не тот, что был вчера», а со времени нашей последней встречи прошло без малого пять лет. А во-вторых, ситуация слишком уж сложная. Я и сам, признаюсь, не знаю, как бы себя в ней повел на его месте.
Будь у меня, конечно, дочь!
– Уверен! – сказал я. – Мне нужно, чтобы этот человек мне доверял, а не думал каждую секунду, что вместо дочери получит труп! От него слишком многое зависит. Будет нервничать, и Хопин заподозрит неладное! Он ведь вообще очень осторожен!
Заславский пожал плечами – мол, вы босс и вам решать. На столе появился сыр, и я присоединился к трапезе. Свернул сыр в трубочку и откусывал понемногу то от него, то от тоста.
