— А что? — задался монарх вопросом с таким видом, словно тот ему только что пришёл в голову. — У него весьма полезный дар. Да и род древний и уважаемый. На самом деле, таких людей, как Скуратов, надо вообще поближе к себе держать, и проблем в жизни будет меньше.
— На сколько ближе? — император, казалось, совсем не замечал сарказм, переполняющий принцессу. — Может быть, мне ещё и замуж за него выйти⁈
— Партия хорошая, — согласился отец. — Я бы такой брак одобрил.
Варвара ясно понимала, что отец её вообще не слышит.
Он отвечает на какие-то собственные мысли.
— Что⁈ — последняя фраза точно не принадлежала её отцу, поэтому она решила возмутиться. — Хорошая партия⁈ Серьёзно⁈ И ни разу не сомнительная?
— Послушай, дочь, — увещевательным тоном говорил Ярослав Иванович. — Его официально признали Скуратовым. Значит, происхождение знатное. Он из древнего рода. А остальное тебя волновать не должно.
— То есть, — Варвара скорчила брезгливую гримаску, — тебя совершенно не волнует, чья кровь будет течь в твоих внуках?
— Он будет твоих кровей, остальное не важно, — император понял, что разговор его сильно утомил, поэтому он стремился закончить его, как можно быстрее.
— Магия у него есть, и не слабая, значит, не чернь.
— Ах, вот значит как? — принцесса подумала, что, если бы подобный разговор состоялся на пару недель раньше, вокруг них уже всё полыхало бы. — Не существенно, да? Давай договоримся так: тебе надо, ты за Скуратова и выходи. А я не пойду. Но и ребёнка без отца не оставлю.
— Ребёнка, — захлопал глазами монарх, словно только что проснулся.
— Какого ещё ребёнка?
— Ах, я же тебе не успела сказать, — тоном вежливой кобры проговорила Варвара. — Я беременна. От Державина.
— Что⁈ — взорвался император.
В следующую же секунду их обоих охватило бушующее пламя. В комнате моментально выбило все стёкла и двери. С потолка и стен осыпалась штукатурка.
* * *
Когда Скуратов пришёл по вызову в кабинет Разумовского, сразу понял, что Виталий Кириллович сегодня в хорошем настроении. В воздухе пахло дорогим алкоголем и табаком.
Сам старик хоть и был собран и серьёзен, но лучился доброжелательством и благосклонностью.
— Что ж, Сергей, — сказал он, поднимая квадратный стакан с янтарной жидкостью. — Запомни сегодняшний день. Это последний день привычного миропорядка. С завтрашнего дня начнут происходить такие события, что всколыхнут весь мир.
Он приподнял бокал, словно чокнулся со Скуратовым, и отпил небольшой глоток.
— Что ж, отрадно, — сказал Сергей.
