— Что, куда скажут, туда и поведёшь под ручку свою будущую дражайшую супругу. А она законы будет подписывать.
— Я не о том, — Скуратов выглядел обескураженным. — Я всегда думал, что ты самый сильный. И после нашей победы ты будешь указывать, куда вести страну.
— Я⁈ — бывший начальник имперской безопасности расхохотался, и в этом смехе Сергею послышались нотки безумия. — Да ты что⁈ Я, образно говоря, окунь, а в этом озере водятся куда более крупные рыбы. Впрочем, не будем об этом, чревато. Давай по ситуации.
Что по нашим агентам?
— От Сезара пришло уведомление, что задание он выполнил. Так что завтра нас ждёт большой бада-бум.
— О-о, — Разумовский откинулся в кресле и мечтательно закатил глаза. — Это будет один из лучших дней в моей жизни. Разом две занозы вытащу из своей задницы. Что по фон… по Ядовитому плющу, простите.
— Пропала с радаров, — нахмурился Скуратов. — Есть подозрение, что её вычислили и взяли.
— А я тебе говорил, что этих воздушников недооценивать нельзя. У них тоже безопасность землю носом роет.
Если бы мы их человека к рукам не прибрали, вообще могло бы ничего не получиться.
— Никита вообще нестандартным путём пошёл, — ответил на это Сергей. — Он дал задание репортёру накопать информацию на Ядовитого плюща. И та справилась. Пришлось и её убирать. А Никиту, честно говоря, жаль. Такими кадрами не разбрасываются.
— Осколок у сердца — твой Никита. Никогда не будешь знать, когда он тебя убьёт, — Разумовский допил остатки и плеснул себе ещё, затем дотянулся до холодильника, взял лёд и кинул три куска в жидкость.
— Он никогда не будет лояльным по отношению к тебе.
— Теперь мы уже не узнаем, — вздохнул Сергей.
— Ты лучше вот что мне расскажи, — слегка заплетающимся языком попросил Виталий Кириллович. — Ты Ядовитому плющу закладки в мозг делал?
— Да, конечно, — ответил Скуратов. — Она даже имён наших произнести не сможет, у неё сердце сразу остановится.
— Отлично, — похвалил его старик. — Отлично. Я рад, что ты со мной. По большому счёту, я-то скоро уйду, а вот ты как раз будешь пожинать плоды всего того, что мы сейчас делаем.
«Вопрос, какие это будут плоды, — подумал про себя Сергей. — Как же мне всё это не нравится. А ещё напился накануне. Сдаёт старик».
Но вслух он сказал совсем другое.
— Просьба есть к тем, кто артефактом занимается.
— Говори, я передам, — сказал Разумовский и достал телефон.
— Уже пятеро доноров умерли, — сказал Скуратов. — Среди них Горчаков и Козловский.
