— Поступим так: я буду тебя спрашивать, а ты будешь мне отвечать: да или нет. Понятно?
— Да, — немного подумав, ответила баронесса.
— Ты работаешь на Разумовского?
— Нет.
— На Скуратова?
Молчание. По лицу фон Боде было видно, что её просто раздирают противоречивые чувства. Наконец, она открыла рот.
— Да.
— Они прищучили тебя за убийство мужа и заставили работать на них?
— Да.
— С моим сыном, Александром Державиным, ты стала общаться по приказу Скуратова?
— Да, — и снова Матильда ответила с некоторой задержкой.
— Карину ты отравила?
Баронесса взглянула на деда диким взглядом и осклабилась.
— Она сама виновата! Сама! Она ничегошеньки не умеет! Она не женщина, а недоразумение! Она мидии не может разделать, как следует по этикету! Вы даже этому не можете научить своих дочерей! А ещё мужики называется, — и в довершение своей тирады она плюнула в лицо деду.
Тот спокойно утёрся и повторил вопрос:
— Карину ты отравила?
— Да, я! И жаль, что она не сдохла! Я бы и всех вас…
Она снова вытаращила глаза и могла лишь открывать и закрывать рот.
Воздуха в её лёгкие не поступало.
* * *
События так быстро наслаивались друг на друга, что я едва вспомнил о том, что обещал погулять с принцессой. Погулять тут, конечно, в переносном смысле. Мне было необходимо рассказать Варваре много секретной информации.
На встречу я вылетел чуть ли не за двадцать минут. Затем водитель долго искал парковочное место в центре. А после я уже чуть ли не бегом, нельзя к монаршей особе на встречу опаздывать, спешил на свидание.
— Привет, — выдохнул я, подбегая.
И всё-таки она успела раньше. Завидя меня издалека, принцесса улыбалась. А я отметил, что она одета так, что признать в ней единственную дочь императора не представляется возможным. Вот только несколько скучающих мужчин, явно относящихся к собственной безопасности, выдавали её.
Только сейчас я понял, что, если ошибся, и девушка участвует во всей этой схеме против нас, жить мне осталось несколько минут. Однако её искренняя радость при виде меня давала надежду.
— Привет, — ответила она и по сложившейся уже привычке обняла меня за шею.
— Ты прости, — сказал я, — но это опять будет не свидание в полном смысле этого слова.
— Державин, — она отстранилась и заглянула мне в глаза, — а я смотрю, вы любите искушать судьбу, или у вас давно ничего не горело?
— Варвара, дело серьёзное, — оборвал я её игривое настроение, и девушка нахмурилась. А я решал, с чего стоит начать.
