– Завод этой осенью работать начнет, картофель и зерно по хорошей цене брать будут, я узнавал. И с долгами рассчитаемся, и дом строить начну...
Про завод Марина слышала. Агропроизводственный комбинат будет перерабатывать зерно, овощи, фрукты. Говорят, полный цикл производства будет – от поля до готового продукта в красочной упаковке. Чтобы все это потом в Москву на продажу гнать. Марина, конечно же, не против. Проблема со сбытом в печенках сидит. Растишь урожай, собираешь его, из сил выбиваешься, а перекупщики за бесценок все скупают.
А в этом году с ценами вроде бы порядок будет. Все, что будет выращено, все заберут... И мужу она верила. Антон – мужик трудящийся и дело свое знает. С самого начала, как только из Колосовки сюда приехали, за гуж взялся. В первый же год прибыль с урожая взял, не большую, но чтобы всю технику в капремонт сдать, хватило. В прошлом году кредит большой взял, на новую технику. В этом – отдаст долги. В следующем – достроит дом...
– Людей бы тебе нанять, – неосторожно сказала Марина.
– Тебе-то что до этого? – хищно сощурился Антон. – По мужичкам заскучала!
– Ну и дурак же ты!.. Достал ты уже меня. Спать пойду! А ты сам здесь зубами скрипи!..
Она и сама понимала, почему Антон не пользуется наемной рабсилой. С мужичьем оставлять ее боится. Потому что за шлюху ее держит, не доверяет. Потому и увез ее из Колосовки в эту глушь... А ей изменять вовсе неохота. Ложиться под какого-нибудь грязного мужика? Тьфу... Впрочем, Антон и сам чистотой не блещет. Неделями может не мыться.
Сейчас нажрется и полезет к ней под подол, грязный, потный, вонючий... Да, наверное, он прав. Попадись ей нормальный мужик, возможно, пококетничала бы с ним, а может, и раздвинулась. Но это ее тайные мысли, ими она ни с кем делиться не собирается...
Марина легла спать. И заснула бы, если бы Антон с грохотом не ударил по столу. Зазвенели тарелки, на пол что-то упало. Бесится муж. Чуть погодя она осторожно выглянула из комнаты. Антон стоял у буфета и наливал в граненый стакан самогон из штофа.
Обычно в ночь перед работой он не пил, но, видно, жирная сегодня вожжа под хвост ему попала. Пусть бесится. Напьется и успокоится. А если подлезть к нему под горячую руку, только хуже будет.
Марина снова легла, и снова стол в столовой содрогнулся. Все никак не угомонится муженек... Спустя время еще удар. В сопровождении громко озвученного матерного выражения...
А потом она услышала, как открылась дверь в детскую. И как ошпаренная соскочила с постели.
