– Лайон сделала шаг назад, и теперь я вновь могла ее рассмотреть. – Значит, вы ее видели?
– Да, видел.
Интересно, я успею выскочить из дверей и перерезать этому дохляку горло, прежде чем Лайон меня пристрелит?
– Что она натворила? – поинтересовался Мэтью.
Лайон криво улыбнулась, и мне вдруг стало холодней, чем во время снежной бури.
– Она разыскивается в связи с несколькими убийствами.
Черт, меня еще больше затрясло. Я ведь ни в чем не виновата!.. Мне вдруг захотелось выскочить из дома и проорать это прямо в ее самодовольную рожу.
– О, господи, – запричитал Мэтью, – а я-то ее накормил и дорогу показал. Откуда я мог знать? Прости меня, Господи, если она опять нападет на кого-то.
– Где она? – Голос Лайон больше не был холодным – в нем прорезалась сталь.
– Проходила пару дней назад. Я показал ей дорогу и благословил на прощание. Сказала, что пойдет на восток, к побережью.
Лайон прищурилась, и на секунду мне показалось, что она не поверила Мэтью.
– Если задержитесь в наших краях на пару дней, приходите в воскресенье в церковь.
На этой неделе мы принесем в жертву агнца и будем молиться о мягкой зиме.
Я закатила глаза. Это ж какими надо быть идиотами, чтобы верить, будто Бог управляет ветрами и снегом.
Лайон кивнула, но не Мэтью, а своим помощникам. Здесь им больше делать было нечего. Потом спустилась по ступенькам и вскочила на лошадь.
– Молитесь своему богу, – сказала она. – Там, где правит закон, ему места нет.
Она рявкнула «Пошли», и все три лошади рванулись с места.
"
"Мэтью, конечно, идиот, верящий во всякие сказки, но он спас мою шкуру, потому, когда он вернулся в дом, я ему чуть на шею не бросилась. Я быстренько спрятала нож, чтобы он его не увидел, и села за стол.
– Спасибо, что отправил Лайон куда подальше.
Мэтью немного постоял в центре комнаты, шевеля губами. Вроде как молился. Потом налил мне воды и сел напротив. Лицо у него потемнело. Я-то все думала, когда он меня про Крегара и Лайон расспрашивать начнет, а он молчал.
Вроде как ему дела до этого не было. Вместо этого он спросил, как меня зовут.
– Элка, – ответила я.
Он вроде как заслужил капельку правды.
– Странное имя.
– Папа говорил, что я появилась на свет с оленьими рогами – огромными, как у самца во время гона. Мама чуть не умерла, когда меня рожала. Рога спилили, когда мне годик исполнился. – Я широко улыбнулась. – А потом родители ушли на север.
Мэтью кивал и кивал, и от его дерганий меня прям укачивать начало.
