Не-е-е, с этими каши не сваришь! — фальшиво вздохнул Чародей. Польстив жене, поставив её выше гвардии и разведки. Ох и змей.
Риск был, притом приличный. Кто знает, какие летучие мыши наплодились в казематах Святого Престола и всяких его специализированных орденов? Были же ведь, наверное, они, ордена эти сугубо монашеские, в которых отмаливали грехи такие деятели, что пробы ставить негде? Хотя, чья бы корова мычала, конечно. Жизнеописания похождений до принятия духовного сана тех же отца Ивана или Буривоя наверняка заставили бы спасть с лица даже Рысь.
Предполагать то, что у вероятного противника на ответственных постах сидели сплошь святые старцы, преисполненные благости и человеколюбия, было бы довольно легкомысленно. В этом мы с князем сходились полностью. Поэтому и приняли меры. В их число входило наличие в зале, где планировалось выступление, большого числа Гнатовых. Непременный Гарасим со Ставром в нагрудном кармане. И специальные хорты-боевые псы, которых настоятельно рекомендовал взять безногий хоккейный фанат.
"
"Собачки поражали. Здоровенные кудлатые серые заразы, величиной с телёнка, наверное, сидели, вывалив красные мокрые языки на ладонь из пастей, где за чёрными губами таились клыки. И показывались, когда то один, то другой «друг человека» широко зевал. Это у людей зевок очень заразителен и подхватывается, обычно, всеми, кто находится рядом. У тех же, кто пронаблюдал за распахнувшейся пастью такого чудища, в которой тускло поблёскивали зубки почти с палец взрослого человека, зевать никакой охоты не возникало.
Очень многие из дворни явно были близки к обмороку, и пёсиков обходили с приличным запасом. Собаки, невозмутимые настолько же, насколько их хозяева-псари из Буривоевых лесовиков, лежали и сидели вовсе, кажется, безмятежно и расслабленно. Но на державшихся в тени Гнатовых душегубов походили чрезвычайно. Значит, и расслабленность их вполне могла вмиг обернуться чьей-нибудь смертью.
Столы расставили в большой вытянутой в длину гриднице так, чтобы до стоявшего на возвышении княжьего места дойти было нелегко.
От «царского столика» расходились ступенями вниз места для бояр, коммерсантов и представителей городской администрации. В том, кого, как и куда усадить, было столько условностей и нюансов, что Всеславу и в голову не приходило лезть в эти хитросплетения этикета и протокола. Хотя он наверняка разбирался в них побольше моего.
Где-то примерно в середине зала получилось место для выступления артистов.
