А что еще знает степь?
– Болтают многое, – уклончиво ответил Ахмет и чуть попятился, давая понять, что делиться сплетнями не намерен. Во всяком случае, пока.
Андрей хмыкнул.
Этот человек не пришел бы к нему, не зная, что за воеводой сила. В степи уважали и признавали только ее. Сила… сила… а не выгода привела Ахмета сюда. И он явно на это намекнул. Наверняка, после битвы на Гоголе и захвате ханского бунчука у Андрея была репутация самая невероятная. Вроде какого-то великого батыра, за которого сражается и небо, и земля.
Особенно в канве старых историй. Ведь байки про оборотня, поднятие мертвых, призвание духов и прочие мистические бредни, никуда не делись. Если они по Туле ходят, несмотря на методичное пресечение, то по степи и подавно…
– Что ты хочешь за свою помощь? – после долгой паузы спросил Андрей.
– Ничего. Я просто предупредил того, с кем хочу мирно жить, – вполне вежливо ответил он. Воевода же трактовал это как поиск прощения за ошибки прошлого. И, судя по глазам Ахмета, он не ошибся в своем предположении.
– Я всегда рад доброму соседству, – ответил ему Андрей. – Надеюсь ты погостишь в Туле день-другой. Нам нужно будет обсудить торговлю шерстью. Например, завтра.
– Разумеется, – кивнул Ахмет и сделав три шага назад, покинул помещение."
"– Ты веришь ему? – спросил Данила, когда Ахмет ушел.
– А зачем ему врать?
– Чтобы ты выступил с полком к вотчине. А они напали на Тулу. Сам понимаешь – Царь за такое по голове не погладит. Посад ведь пожгут. Людей порежут.
– Резонно. Но он остается тут. Ведь так?
– Так.
– Жена моя в Туле. Дети мои в Туле. В вотчине близких моих нет. Зачем на нее нападать?
– Добра там хватает.
– Действительно много они не соберут. А малый отряд там может все зубы обломать. Стены уже высокие – с лестницами не по лазишь. Ворота одни. Проход узкий и один. Максимум – кого-то в поле возьмут. Так что… – развел он руками. – Все ведь за стенами. Ну, почти все.
Данила хмыкнул. Андрей же продолжил:
– Это, во-первых.
А во-вторых, степь слухами полниться. И те, кто на меня нападут, потом станут болтать. Хвалиться. Через что, приложив немного усилий я узнаю о том, кто это сделал и где он живет. Ведь я могу это узнать?
– Вполне, – чуть подумав, ответил Данила.
– Вряд ли они откуда-то сильно издалека. Дней пять-десять пути, край пятнадцать. Так ведь? Вот. А значит мне ничто не мешает уже самому напасть на их кочевье. И всех там под нож пустить.
– Но мы обычно так не делаем.
