И так видно, что не уголовный.
— Да, по типу он скорей похож на советского номенклатурщика невысокого ранга. Но кто мог его убить и почему?
Милиционер встал, спрятал последнюю фотографию в папку, вжикнул молнией.
— Наверно, свои. А почему — тайна двух океанов, спросите чего полегче. Может, предал интересы пролетариата. Кто их, уродов скособоченных, разберёт. Однако уроды не уроды, а своё дело знают. И тут вырисовывается загадочка поинтересней. — Он придвинулся к Николасу вплотную и посмотрел прямо в глаза, для чего капитану пришлось подняться на цыпочки.
— Что же у них с вами-то, гражданин Фандорин, облом вышел? Исполнитель мёртв, а вы живы. Зря вы со мной ваньку валяете. Ей-богу зря. Как бы вас самого в удобной упаковке не расфасовали. Мне-то что, я переживу. Ваша проблема.
И двинулся к двери, напевая песенку кота Леопольда: «Неприятность эту мы переживём».
Ника переполошился:
— Постойте! Вы не можете так меня бросить! Я же не олигарх, у меня телохранителей нет!"
"— У нас тоже их напрокат не дают, — бросил через плечо оперуполномоченный.
— В УБОПе, правда, есть отдел защиты свидетелей, но вы же свидетелем быть не желаете. Рассказали бы правду-матушку, а? Очень уж зацепочка нужна.
Оглянулся на Николаса, немного подождал. — Не расскажете. Ну, хозяин — барин. А надумаете — вот номер.
Сунул визитную карточку, сделал ручкой и был таков. Через секунду хлопнула входная дверь, Фандорин остался один.
Пытаясь унять дрожь во всём теле, прошёлся по гостиной.
Хотел выпить виски и даже налил, но тут вспомнил про сына с дочкой.
Стоп. Трястись от страха будем потом, когда дети уснут.
Растянув губы в улыбке, отправился в детскую. Что за сказку он рассказывал? Ах да, про Серого Волка. А где остановился? Чёрт, не вспомнить. Ну, будет ему сейчас за забывчивость.
Сказку досказывать не пришлось — хоть в этом вышла Николасу амнистия. Близнецы, не дождавшись возвращения сказочника, уснули, причём Геля перебралась к брату в кровать и положила золотистую голову на его плечо.
Эта поза выглядела до того взрослой, что Фандорин вздрогнул. Права Алтын, специалистка по вопросам пола! Нужно расселить их по разным комнатам. Пятый год жизни — как раз период первичного эротизма. И уж во всяком случае не следовало нести чушь про любовь между братом и сестрой!
Но в следующий миг он увидел свисающую из под одеяла руку Эраста с крепко зажатой игрушечной шпагой и устыдился своей взрослой испорченности.
