ПРИГОВОР
ВЛАДИМИР ФЕДОРОВИЧ ЗЯТЬКОВ, председатель правления «Честного банка», объявляется гадом и обманщиком, на основании чего приговаривается к высшей мере справедливости — истреблению.
— Что… всё это значит?
Николас расстегнул пуговицу на воротнике — со второй попытки, потому что плохо слушались пальцы.
— Если честно, хрен его знает, — простодушно улыбнулся оперуполномоченный. — Но главная версия у нас такая. Кто-то решил очистить общество от кровососов и капиталистических тиранов. Какие-нибудь съехавшие с резьбы коммуняки, ветераны интернационального долга.
Сам знаешь, какая у нас страна: половина нервных, половина психованных, да по половине от каждой половины когда-никогда обучались народ мочить.
Фандорин хотел возразить против столь чудовищного преувеличения, но вместо этого, ещё раз взглянув на фотографию, воскликнул:"
"— Это же терроризм! Самый настоящий! Непонятно кто, основываясь чёрт знает на каких сведениях, выносит невинным людям смертные приговоры и приводит их в исполнение! В России такого не бывало с царских времён! Об этом должна кричать вся пресса! В Думе нужно учредить специальную комиссию! А никто ни сном, ни духом!
— Это специально, чтоб паника не началась, по-нашему «резонанс».
Шестнадцатый отдел именно такими делами и занимается, которые могут всенародный шухер произвести. Покойники-то, сами видите, люди непростые, буржуины буржуинычи, или, выражаясь интеллигентно, бизнес-элита. Принято решение вести розыск, как говорится, без участия общественности.
А то начнётся: красно-коричневая угроза, трали-вали. Политика. Ладно, не моё дело. Я — сыскарь. Носом в землю уткнусь и нюхаю, есть след или нету. Короче, создана объединённая оперативно-следственная группа. Называется: «Дело Неуловимых Мстителей». Это я придумал, — похвастался капитан, но Николас юмора не оценил, потому что вырос на иных меридианах и с советской приключенческой киноклассикой знаком не был.
— Неуловимых? — повторил он упавшим голосом.
— Их что, никак невозможно поймать? Но за что мне-то мстить? Я ведь никому ничего дурного не сделал. Какой-то театр абсурда…
— Что театр, это точно, — согласился Волков. — Вернее, цирк. Тут заколдованный круг получается. Вроде бы мстители эти сами подставляются: перед тем, как накрячить очередного буржуя, приговор высылают. Ставь засаду и бери их голыми руками, так?
— Так, — немного воспрял духом Фандорин.
— А вот шиш.
