Что вступало в полное и решительное противоречие с идеологической программой партии и ее политическими целями. Например, в отношении частной собственности. Однако иначе было нельзя. Просто потому, что в молодом советском государстве реальная, а не на словах, поддержка левых не превышала 3–4 % от всего населения[14]. Вот большевикам и приходилось мимикрировать, помещая в «левую» скорлупу «правые» идеи самого разного толка.
На выходе у них рождался натуральный сюрреализм, безумно напоминающий химеру. С трибун кричали об одном.
Делали второе. А хотели третье. Что, как несложно догадаться, порядка и здравости экономике не добавляло. Ведь экономика любит тишину и прозрачные правила игры, а не вот это все.
– И сколько вам нужно времени на подготовку? – после затянувшейся паузы спросил Зиновьев, бывший, среди прочего, председателем исполкома Коминтерна в те дни.
– Для подготовки к разгрому вооруженных сил Польши?
– Да. – чуть пожевав губы нервно ответил он.
– Лет пять-семь. Если РККА будет оказана всемерная поддержка Коминтерном, то меньше.
Возможно два-три. Все зависит от поддержки. Быстрее можно, но выйдет надрыв сил. Победить победим, но цена окажется очень высока. А мы ведь не хотим останавливаться на Польше, не так ли?
– Не хотим. – решительно и твердо произнес Троцкий.
– Какая вам нужна помощь?
– Разведка. Закупка вооружения. Тайная желательно. Деньги. Если, конечно, международное прогрессивное сообщество в состоянии нам помочь финансово. Еще потребуется поиск нужных людей.
В Европе масса хороших, грамотных специалистов, которые сидят у разбитого корыта, неустроенные после окончания Империалистической войны. Их привлечение может ускорить подготовку, повысив ее качество.
– Деньги… – пожевав губы повторил Зиновьев, выцепив самое главное.
За 1919–1923 годы Троцкий, действуя в тесном сотрудничестве с аппаратом Коминтерна, вывез[15] из молодой страны Советов огромное количество ценностей. Частью для компенсации острого дефицита внешнеторгового баланса, а частью, большей, для различных партийных нужд и деятельности Коминтерна.
По этому каналу, как в бездонную дыру, было в закачано невероятное количество ценностей. Ведь революционеры грабили богатых. Душевно так. Обносили до нитки. Вскрывая заначки и тайники.
Какая же революция без такого веселья?
И вывозили награбленное. Также массово. На фоне этого потока ценностей даже царские запасы Госбанка, утекшие из его хранилищ – ничто.
