— Какое решение?
— Что делать нам дальше, Настя. Я выслушал всё, что ты мне сказала, и сделал выводы. Признавать ребёнка или нет — меня никто не заставляет, поэтому я хочу услышать твоё мнение.
Прищуриваюсь, фокусируя взгляд на «каменном» лице мужа. Эмоций Данил не показывает, мне трудно понять, что он сейчас чувствует.
— То есть, я правильно тебя поняла: если я не захочу, чтобы ты признавал этого ребёнка, то ты его не признаешь?
— Да, наверное, так и будет.
— Почему?
— Я не хочу тебя терять, Настя.
Я уже говорил тебе это. Ты моя жизнь и душа, зачем мне всё это, — кивает на конверт, зажатый в моих руках, — если рядом не будет тебя.
Кривовато усмехнувшись, терпеливо ждёт, пока я вскрою конверт.
Кивнув, дрожащими пальцами надрываю уголок на конверте, достаю оттуда лист А4 сложенный пополам.
Сердце стучит быстро, в висках давит. Я жутко волнуюсь, разворачивая лист. Взглядом по печатным строчкам. Снова и снова.
Выдыхаю. Застрявший в горле комок затрудняет дыхание. Тянусь к стакану с соком, залпом выпиваю половину.
— Это твой сын, Данил. Лера была права.
38. «Моя вера»
В детском доме я ощущаю себя тревожно. Двоякие чувства бередят душу. С одной стороны, эти милые крохи вызывают улыбку, а с другой — сердце болит за них. Один малыш подбегает ко мне, неожиданно обхватывает меня за ногу обеими руками и, задрав голову, смотрит на меня как на божество.
— Мама? Мама, ты за мной пришла? — спрашивает розовощёкий мальчуган лет четырёх.
Я даже ответить ничего не успеваю, как следом за мальчиком подходят и другие дети.
Все как один пытаются прижаться ко мне, спрашивают: я ли их мама. Точнее, они даже не спрашивают, они словно узнали во мне каждый свою маму."
"Неловко себя чувствуя, опускаюсь на колени, и каждого ребёнка обнимаю по очереди. Да, я помню, что говорила мне директор — минимум контакта с детьми, ведь я уйду, а они останутся со своей хрупкой надеждой ждать нашей следующей встречи.
Слёзы по щекам катятся против воли. Но это слёзы чистые, без горечи.
Я реально хочу их всех обогреть, приласкать. Они такие все маленькие, так нуждаются в банальной ласке.
— Насть, давай поработаем, — одёргивает меня Саша.
С трудом заставляю себя оторваться от обнимашек с малышами и переключиться на работу. Обожаю детей. Детские фотосессии всегда вызывают во мне сильные эмоции, потому что в отличие от взрослых, дети очень искренние. Их улыбки отзываются в даже самом холодном сердце лучиком тепла.
