Джорджиана понимала, что повышенное внимание со стороны брата Беллы ей точно не грозит. Чего она действительно опасалась, так это утомить его своей глупостью. Девушка напрягала мозг, стараясь придумать подходящую тему для разговора.
Доминик, напротив, совершенно не скучал в обществе Джорджианы. Он наслаждался редко выпадающей на его долю возможностью прогуляться в относительной тишине в красивом окружении под руку с прекрасной женщиной, которая к тому же хранит молчание. Его пугала лишь степень собственного довольства да еще стремление любой ценой продлить эти божественные мгновения.
Для Доминика это было совершенно необычно.
– Вы проводите много времени с принцем-регентом? Какой он из себя? – ворвался в его размышления голос Джорджианы.
Задумавшись над ее вопросом, Доминик ответил не сразу.
– Несколько поколений моей семьи были приближены к трону. – Он улыбнулся ей. – То есть, в настоящее время, к принцу-регенту."
"– Но… – Джорджиана колебалась. Из разговора между лордом Элтоном и Артуром на ужине у Беллы дома она сделала вывод, что виконт, вопреки своему образу высокомерного скучающего аристократа, играет важную роль в политике страны.
Тщательно подбирая слова, она промолвила: – Вы ведь обсуждаете с его светлостью и политику тоже, а не только светские вопросы.
Мысленно проклиная Артура за отступление от их привычной секретности, Доминик попытался замять ее весьма прозорливый вопрос и рассмеялся.
– Уверяю вас, дорогая моя, что… э-э-э… именно светские вопросы в наибольшей степени занимают принца-регента.
Поддразнивающий взгляд Доминика был призван заставить Джорджиану покраснеть, но она лишь слегка прищурила свои прекрасные глаза, и он тут же понял, что его хитрость не удалась. Проклятье! Ведь эта девушка моложе Беллы и должна бы принимать его слова за чистую монету. Да и с каких это пор юные леди пытаются разобраться в политике, испокон веков являющейся мужской прерогативой? Джорджиана заслуживает строгого выговора.
Доминик был чрезвычайно удивлен, услышав из собственных уст вовсе не слова порицания:
– Однако вы правы. Я в самом деле выступаю в качестве посредника – или канала связи, если хотите, – между определенными фракциями парламента и регентом. – Виконт замолчал, помогая ей переступить через толстый корень дерева, преградивший путь. Снова положив ее руку себе на сгиб локтя, он продолжил: – Что бы о нем ни думали, Принни вовсе не глух к проблемам королевства.
