Сад утопал в глубоких сумерках, готовых перерасти в беспросветную темноту. Под козырьком загорелся фонарик. Из дома доносились звуки неясной возни. Харви протянул руку, чтобы помочь мне спуститься со ступенек, а я отчаянно старалась игнорировать тот факт, что подруги дрались за место рядом с окном.
Неожиданно раздался грохот, ругательство, и мы оба обернулись. Эмма с Харриет содрали с отремонтированного заплатами окна реечные ставенки, а теперь по-дурацки улыбались, осознавая, что даже из Рупертов-младших вышли бы шпионы разумнее.
– Ты все слышал? – спросила я у Харви, вкладывая в его раскрытую ладонь холодные пальцы, и осторожно спустилась вниз.
– Да, – не стал он юлить.
– В таком случае давай договоримся.
Он выгнул бровь, изображая вежливый интерес.
– Никаких поцелуев и всяких там тисканий. Это будет самое непорочное свидание в нашей жизни!
– Мариса… – На его лице расцвела ленивая улыбка. – Я просто хотел провести время в приятной компании красивой девушки, но мне импонирует направление твоих мыслей.
Это надо уметь так ловко вывернуть слова, что даже мне показалось, будто я сделала ему непристойное предложение!
– Оно не нравится мне, – проворчала себе под нос.
Экипаж ехал мягко, неторопливо. За окном мелькали огни и улицы.
– Куда мы собрались? – спросила я о планах.
– В театр Блэкрока два дня назад привезли королевскую оперу. В северных землях еще не было гастролей. Говорят, что постановка неплохая.
Стоило догадаться, что страстный поклонник оперы попытается затащить меня в театральную ложу.
И не для того, чтобы задорно потискать в темноте зрительного зала. Никакого физического наслаждения, исключительно душевное. Культурное и благочинное! Наверняка и билеты достал на балкон над самой сценой, где артисты легко заметят, как леди прикрывает веером зевающий рот."
"Черт, я забыла веер!
Ну что же, Харви… Мы знакомы много лет, у нас за спиной прошлое: глупое расставание, сожженная в камине фата и побег от паркового смотрителя. Уверена, ты сумеешь пережить страшную правду!
– Я ненавижу оперу.
В салоне повисло молчание. Мы смотрели друг на друга через темноту, раскрашенную уличными огнями. Он едва заметно улыбался. Взгляд был прикован к моему лицу.
– С каких пор? – В тихом голосе звучало любопытство и никакой иронии.
– Всегда ненавидела, – призналась я, осторожно расправляя юбку.
С интересом ждала ответа, но он просто резюмировал:
– Похоже, у нас появилось три часа свободного времени.
