— Тот парус, вон там. — Целительница прикрыла глаза ладонью. — Господин Марс? Это случайно не ваш кораблик?"
"— Куттер, — терпеливо поправил сенешаль. — Парусный куттер «Нихиль Нови».
— А кто на нём сейчас? Кто плывёт?
— Друзья и соратники светлейшего господина графа Фредерика. Охотятся на гиппокампов.
— На кого?
— Я же говорю. На гиппокампов.
Парусный куттер «Нихиль Нови» внезапно взял курс прямо на них. Вскоре он приблизился к шаланде настолько, что они смогли лучше его рассмотреть. На нём было три паруса — два треугольных спереди и большой четырёхугольный сзади.
Когда он подошёл ещё ближе, они различили на палубе несколько человек. До них донеслись песни, смех и выкрики. Явно нетрезвые.
— Весёлая какая-то охота, — заметила Врай Наттеравн. — На гиппокампов, говорите. А зачем они им? Что в них такого особенного, чтобы охотиться?
— Видите ли, дело такое. — Сенешаль прокашлялся. — В прошлом году Эзра Метцгеркоп, известный ресторатор, вошёл в милость к нашему королю Миодрагу, угостив монарха и двор невиданным деликатесом — огромной жареной птицей, апорнисом, если правильно помню название.
Жаркое так понравилось королю, что он пожаловал Метцгеркопу титул барона. Многие позавидовали. И начались охоты — немало жаждущих дворянского титула отправились в дебри, чтобы добыть для короля какую-нибудь диковину...
— Понятно. Значит, те, на яхте...
— На куттере. Я говорил, это друзья...
— И соратники графа. Я слышала. И они хотят поймать гиппокампа?
— Прошёл слух, что король не прочь бы такого отведать.
Ну, они и вбили себе в голову, что поймают...
— И станут баронами?
— Они уже бароны. Большинство из них. Но рассчитывают на славу и королевскую благосклонность.
— А здесь, в вашем озере, — заинтересовалась Врай Наттеравн, — действительно водятся гиппокампы?
— Водятся. Говорят. Только мало кто видел их вблизи, больно пугливые они. Нужно скрытно, тихо... А там, на куттере... Сами понимаете.
— Понимаем, как не понять, — усмехнулась чародейка.
— Это не охота, а пир на воде.
Словно в подтверждение её слов, один из баронов на парусном куттере перевесился через борт и весьма обильно опорожнил желудок. Остальная команда разразилась хохотом.
— «Нихиль нови», — произнесла Врай. — Ничто не ново…
Уключины скрипели, лопасти вёсел рассыпали брызги. Чайки кричали. Куттер «Нихиль Нови» поймал ветер и скрылся вдали. Пьяные песни и крики больше не долетали до них.
