Твой дед играет в довольно опасные игры, а стало быть, врагов у него хватает. А к ним добавятся и новые, ибо никто в столице не рискнет переходить дорогу канцлеру.
И хуже всего, он был прав.
– Что делать?
– Думать, – Дуглас постучал пальцем по голове. – И свяжись с отцом. Пока она здесь, она в опасности.
Мысль была до боли неприятна. Но здрава.
Кайден закрыл глаза. Отец… в последний раз он видел его у Мертвой реки. Темные воды ее бережно держали ладью с телом матери. Ее укрывали драгоценные белоснежные меха, добытые отцом за краем мира.
На волосах ее сиял алыми камнями драгоценный венец.
А руки сжимали каменную флейту.
И гляделась она спокойной. И когда по взмаху руки ладья вспыхнула, отец закрыл глаза. В тот день он слез не прятал. А когда река поглотила драгоценный этот дар, ушел, а Кайдена вывели к людям сестры.
Эгне. Она не откажет.
Она знает, что Кайден отплатит добром за добро. Она сама нашла его. И позвала на свадьбу, которая состоится, когда на листьях вспыхнет пламя осени.
Она проложит тропу.
И возьмет Катарину за руку. И ни одна тварь не рискнет приблизиться к дочери Дану, которая одинаково хорошо владела силой и копьем. А куда уж тропа выведет… мир на самом деле велик. И найдется в нем место для маленькой тихой женщины с волосами цвета меда.
Кайден вздохнул.
– Ты поэтому и бесишься, что сам все понимаешь.
– Я… могу уйти следом.
– Кем? – тихо спросил Дуглас. – Ты даже в холмы ее увести сможешь. Я знаю твою силу."
"Да. Наверное. Но Кайден так не поступит. Он не позволит серому миру выпить все краски, украсть ароматы меда и скорого лета, высосать жизнь до капли.
– Но что будет дальше, Кайден? Посмотри на нее. Она устала. Ей нужен кто-то надежный. Предсказуемый. Спокойный. Тот, кто способен не только защитить, но и утешить.
– А я?
– А ты? – Дуглас смотрел Кайдену в глаза. – Скажи, ты сможешь остаться с ней? Чтобы на всю жизнь? Чтобы и в горе, и в радости? И в беде? Нет, в беде ты ее точно не бросишь, а вот в обыкновенной унылой человеческой жизни, где один день похож на другой? Где утром завтраки, днем обеды, а вечером ужины, а единственное развлечение – визит соседей.
Или к соседям. Ты сможешь не сдохнуть от скуки? И быть счастливым в этой предсказуемости? Не притворяться, а именно быть?
Он замолчал, позволяя Кайдену подумать.
И тот ответил:
– Не знаю.
– Именно, – Дуглас оперся рукой о стену. – В тебе еще кипит кровь. А она уже почти перегорела. И если ошибешься, то убьешь ее куда вернее, чем мертвые ветра твоей земли.
