Ты ж сам людей за нею прислал.
– Людей?! Письмо?! Да что ты такое несешь-то?!
До знаменитых волховских порогов – до волока – оставалось не так и много, наверное, полдня пути, а то и того меньше. Княгиня хорошо знала это, впрочем, виду не показывала. А, дабы отвлечь внимание врагов, как бы невзначай поинтересовалась, почему, мол, в Ладогу идем, а не в Волхов? Ответ последовал незамедлительно: в Новгороде-то мятеж, а в Ладоге – спокойно, там и подождать можно, покуда утихомирит князь великий бунтовщиков.
В монастыре-то опасно – слишком уж от мятежников близко, вот венценосный супруг и беспокоится, воинов, вон, послал.
Ну, что-то типа этого Еленка и ждала, головой кивнула – да на корму, к детям. Там, в каюте – каморке кормщика они и расположились, а воины вокруг – чужие, из своих – только трое во главе с десятником. Остальные в других лодейках да челноках, коих не так уж и много наняли. Все, что были – пару насадов купеческих конфисковали, да с перевоза лодки, даже рыбацкими челнами не побрезговали.
Во-он, видно дружинников своих – плывут рядом, в челне, гребут, сердечные, стараются от ладей не отстать – а те паруса подняли, ветерок-то поднялся попутный."
"Широка река Волхов, от одного берега до другого, почитай, полтысячи локтей, а то и того более, не каждый пловец переплыть осмелится. Течение вроде б и незаметно, а как налетит ветер – так ходуном ходят волнищи, коль повернешься бортом – так запросто перевернут ладейку.
Берега вокруг тянулись пустынные, лесом хвойным поросшие, деревни попадались лишь изредка, да и те едва видны были – широка река, а суда шли почти что посередине. Пороги впереди, пороги, волок… Единственная княгини надежда! Понимала Елена – после волоков-то до Ладоги малость останется – плыви себе, да плыви, а в Ладоге уж точно ничего хорошего ее не ждет, недаром шпыни так туда стремятся. Значит, надо до Ладоги все успеть… На порогах? Вряд ли и выйдет – там-то шпыни внимание свое утроят, не позволят добыче на волоке ускользнуть, воинами окружат… Значит, раньше освободиться надо – а как? Думай, Елена, думай, ты ж умная, недаром из простого ватажника князя великого сделала! Да что там князя – императора!
Наняв три челна – не побрезговал и рыбацкими, уж какие были – князь Егор с частью воинов пустился в погоню по реке, остальная же дружина пробиралась берегом – не шибко-то обжитым, бездорожным, болотистым.
