Пока…
– Хорошо, – покладисто согласился узник. – Не буду.
– Нет, нет! Все же обними меня… Не очень крепко… вот так. Теперь смотри мне прямо в глаза… Видишь там что-то?
– Желание.
– А еще?
– Еще? Что же еще надо-то?!
– Нет. И все же – смотри.
Сияющие неведомой силой темно-карие глаза ведьмы затянули князя, словно два омута, Егор вдруг ощутил обжигающий холод, словно бы нырнул в прорубь и никак не мог вынырнуть, полынья наверху затянулась вмиг ставшим толстым льдом, непробиваемым ни головой, ни руками… а воздух в легких уже давно кончился, и что-то невыносимо сдавило грудь…
Дернувшись из последних сил, князь все же пробил полынью несколькими прямыми ударами – разбросал полыхнувший бирюзовыми осколками лед, вынырнул… и очнулся, тяжело дыша и с наслаждением глотая затхлый воздух темницы.
– Вот и все, – слабо улыбнулась Марта. – Ты так махал кулаками… едва увернулась.
Вожников погладил девушку по щеке:
– Так увернулась все-таки? Молодец, это далеко не каждому удается. Бокс! Хочешь покажу тебе парочку-другую ударов.
Научу – глядишь, и пригодится. Привлекут в следующий раз за колдовство, придут ночью, а ты их – прямым в челюсть! Показать – как?
– Покажи, – с готовностью кивнула ведьма. – Я рада буду.
– Тогда становись в стойку… ногу вперед поставь, вот так… попрыгай… Кулачки сожми… Тело у тебя поджарое, крепкое. Не волнуйся – получится все! Ну, давай, попробуй нанести удар… резче!
И в самом деле, какое аппетитное тело! Стройненькое, гибкое, молодое. На правой груди – родинка… а рядом с пупком…
Бах!
Кулачок юной колдуньи припечатал князя в переносицу, да так, что Вожников от неожиданности так и сел обратно на ложе.
Секунду посидел, вращая глазами, а потом ка-ак захохотал:
– Вот ведь черт! Пропустил же.
– Я… я не сильно тебя? – опустив кулаки, Марта смущенно потупилась и покраснела.
– Нет, нет, нормально, – встав, князь погладил ее по плечу, обнял. – Но в следующий раз бей резче, так, как я и говорил. Удары-то запомнила?
– Угу!
– Потом покажу, как их отрабатывать.
Помни, тренироваться надобно каждый день, и еще неплохо бы пробежку километриков десять… Впрочем, ты и без того в прекрасной форме… а ну-ка, подними руки… вот так… я чувствую, как твои мускулы перекатываются под кожей… как…
Они снова упали на кровать, и шелковый балдахин качнулся, словно отраженье луны в водах Боденского озера, тронутых первой утренней рябью…
Колдунья ушла под утро, на прощанье поцеловав князя в губы.
– Постой, – привстав, Егор протянул руки.
