Что ж, любая возможность разузнать побольше об Оливии, Брендоне и полковнике Пауэлле приближала ее к желанной цели.
– Это очень мило с вашей стороны, сэр, но не думаю, что вам следует баловать старуху своим вниманием. Я не думаю, что такой привлекательный джентльмен нуждается в моей компании. Увы, мое лицо покрыто сеткой морщин, а суставы не гнутся.
Хау усмехнулся, глаза его весело заблестели.
– Позволю себе предположить, что в свое время вокруг вас было немало поклонников, ловивших знаки внимания. Не удивлюсь, что даже сейчас мужчины ищут вашего общества.
В вас есть жизненная сила, которая привлекает людей, включая меня.
Господи, генерал явно пытался ее очаровать! Она слышала, что Хау – дамский угодник, и, судя по всему, возраст женщины его не смущал.
– Да вы просто дьявол, генерал! Вы знаете, как найти путь к сердцу женщины. Внутри этого дряхлого тела живет юная девушка, и я погрешу против истины, если скажу, что не получу удовольствия, явившись на бал опираясь на вашу руку. – Сирена выдержала паузу, а затем продолжила уже серьезно: – Но я не могу отказаться от траура даже ради такого события.
Надеюсь, вы не станете возражать против моего туалета.
Генерал встал с кресла и подошел, чтобы помочь ей подняться на ноги.
– Мадам, я буду счастлив, что бы вы ни надели. Я считаю вас очаровательной собеседницей и не удивлюсь, если вызову зависть у своих офицеров, удостоившись чести сидеть рядом с вами за столом и кружить вас в танце. Уверен, им захочется поменяться со мной местами.
Вдова по-матерински потрепала его по щеке.
– Вы тронули мое сердце, молодой человек. Я очень разборчива, когда речь идет о друзьях, но вы определенно попали в число избранных.
– Так же, как и вы, – заявил он и, взяв ее за локоть, повел к двери. – Наверху есть свободные комнаты, и вы могли бы остаться в штаб-квартире до своего отъезда в Англию. Я был бы рад вашему обществу.
– Вы очень добры, генерал, но я сняла номер в гостинице. К тому же у меня есть пес, Барон, с которым я неразлучна.
Он одержим заботой о моей безопасности, и мне бы не хотелось, чтобы он перекусал ваших доблестных воинов. Будет ужасно, если и его причислят к числу мятежников за нападение на красные мундиры, – беззлобно пошутила она. – Моя семья уже достаточно настрадалась.
Хау пристально посмотрел на неугомонную вдову, не в состоянии скрыть мелькнувшую на губах улыбку.
– Неужели вы не дадите мне забыть, что я был несправедлив к вашей внучке?
– Ни в коем случае.
