Это было впечатляющее зрелище, поскольку, если не брать во внимание болтающиеся у меня за спиной огромные крылья, сама я осталась такого же размера, как и была, а вот габариты Линды, и так меня превосходившей в росте, выросли значительно.
– Гейб, а какого вы вообще размера? Насколько Линда выросла?
Гейб поставил видео на паузу и задумчиво нахмурился.
– Мне никогда не приходило в голову измерять Линду, но мы с Ричардом когда-то давно, в молодости, измеряли друг друга. От кончика носа до… хм… основания хвоста моя длина составила одиннадцать футов десять дюймов (* 3 м 60 см).
Ричард на три с четвертью дюйма (* 8,25 см) короче. Хвост не в счёт.
– Ничего себе! Я, конечно, видела, что ты огромный, но как-то не осознала – насколько! А есть кто-то ещё, кто больше тебя?
– Видимо, нет. Пантерами я, конечно, всех не замерял, но в человеческом обличье я выше всех в семье, а при обращении мы увеличиваемся пропорционально.
– Да, я заметила, что ты выше всех тех, рядом с кем я тебя видела, но я же видела не всех.
А какой у тебя точный рост?
– Семь футов, два дюйма (* 2м 18 см). Все взрослые мужчины у нас ростом выше шести футов семи дюймов (* 2 м), женщины – выше шести футов (* 1 м 83 см).
– А во мне – пять футов, четыре дюйма (* 1 м 62 см), – вздохнула я. – Вполне нормальный средний человеческий рост. Но среди вас я – как карлик, честное слово. Вот почему так? Я ведь тоже не человек?
– А мне это даже нравится. Возможно, твой вид просто несколько мельче моего, вот и всё. Зато вы не так выделяетесь среди людей.
И лично мне твоя миниатюрность очень импонирует, – и он ещё крепче и уютнее закутал меня в свои объятия, положив подбородок мне на макушку. – Ты совершенно определённо создана для меня.
Он снова запустил видео и сокрушённо покачал головой.
– Как жаль, что не видно, как ты расправляешься с Линдой. Учитывая, что она сегодня натворила, думаю, это зрелище принесло бы мне удовлетворение.
– Ну, я думаю, что обзор и так неплох. И даже очень. В конце концов, в поле зрения камеры могли попасть только верхушки деревьев, или весь экран могла загораживать какая-нибудь ветка.
Томас выбрал идеальное положение, учитывая, что выбор у него был невелик. У него явный талант.
– Нужно будет купить ему видеокамеру, – рассеянно пробормотал Гейб, наблюдая, как я снова вылетела в зону видимости и рухнула на колени возле мальчика, всеми силами пытаясь остановить хлещущую из его ран кровь.
Я сидела почти спиной к камере, было видно только мою щеку и висок.
