А лицо… на лице счастье… Счастье мое! Хочется встать и броситься к ней, схватить на руки, потому что моя! Потому что её радость — она обо мне, для меня! Закружить по этой чопорной столовой, чтобы стулья, расставленные строго по одной линии, попадали на пол! Нет! Этот дом — не для нее! У нас будет совсем другой дом — маленький, ассиметричный, беспорядочно счастливый дом! Она не смотрится здесь!
Не встаю. Не могу позволить, чтобы ноги подвели. Они на это способны.
Бывало уже. А хлопнуться на пол перед ее отцом я сейчас совершенно не хочу! Знаю, что она поймет. Она не обидится!
Бросается ко мне. Становится сзади, за спинкой стула и, забыв о родителях, голоса которых сейчас мне слышатся так, как будто они где-то далеко от нас, где-то за пределами дома, а не в соседней комнате, обнимает за плечи, прикладываясь губами к моей щеке.
— Спасибо, что пришел, — шепчет на ухо, дыханием своим запуская в моем теле чуть подзабытый за полгода и только-только восстанавливаемый мною импульс.
И мне жарко от ее дыхания, от ее ласковых рук, гладящих плечи через тонкую ткань рубашки, от тонкого цветочного запаха ее духов, от волос ее, касающихся моей щеки! Как мог я не чувствовать это всё тогда, при нашей первой встрече? Как мог не разглядеть её?
Поворачиваю к ней лицо. Не собираюсь целовать! Сейчас же ее родители войдут и начнется мой экзамен! Но непроизвольно тянусь к ее губам — они так близко, они так нужны мне сейчас.
Ловлю ее взгляд. Он расфокусирован. А губы уже чуть приоткрылись, так близко ко мне… И я приникаю к ним, еле сдерживая стон! И мне уже всё равно, одни мы в комнате или нет! Тянусь к ней руками, чтобы прижать поближе, чтобы притянуть к себе на колени, чтобы взять больше, чем она мне сейчас дает! Мне вообще-то она вся нужна! Моя сладкая девочка!
— Кхм, — недовольное покашливание сзади словно набатом бьет по моему сознанию.
Отрываюсь от нее. И вижу, как ее ведет в сторону! ""Такая чувствительная у меня девочка, — думаю с восторгом, вопреки здравому смыслу — от одного поцелуя так…"" И мысленно чертыхнувшись, хватаю ее и усаживаю на руки — пофиг, что подумают, главное, чтобы не повредила себе чего-нибудь. Она благодарно жмется к груди.
