Я, черт возьми, не умею держать детей.
– Я понятия не имею, как это делается.
– Не ссы, родственник. – Он вкладывает мне в руки моего племянника, и я замираю. Это так круто. Новая жизнь, совсем маленький, но уже настоящий человек. Смешно припухший и очень-очень теплый.
– Есь, ты просто посмотри на это чудо. – Мне отчаянно хочется поделиться с ней своим счастьем. Это невероятно, правда. И этот момент хочется разделить с тем, кто точно меня поймет. А Еся поймет. Я точно знаю. Уверен на все сто процентов.
Она подходит совсем близко, стирая слезы со щек, и осторожно касается ручки ребенка, которая торчит из-под одеяла. Совсем невесомо, словно просто хочет почувствовать его, поверить, что он настоящий.
Мы стоим так пару минут, наверное, просто любуясь комочком, а потом я поднимаю голову и снова происходит это.
Мы снова сталкиваемся взглядами, это снова разряд тока, снова коротит и искрит.
И то положение, в котором мы находимся… Ребенок на руках, и мы так близко.
В теории, если бы мы не расстались, у нас уже мог бы быть свой малыш.
А возможно, даже не один.
От понимания сердце сжимается.
Замечаю, что у Еси на глазах снова слезы.
И что-то мне подсказывает, что думает она сейчас о том же, о чем и я.
Глава 19. Еся
Akmal’ – Приснись
Я могу назвать этот день самым прекрасным и самым ужасным за последнее время.
Прекрасным, потому что на свет появился малыш, и это не иначе как настоящее чудо. Он дико смешной и забавный, очень теплый и еще смешно сморщенный, потому что еще каких-то двадцать минут назад он был в животе у своей мамы, а сейчас лежит завернутый в одеяльце на руках своего родного дяди, который глаз с него не сводит.
А вот ужасным… Как раз из-за последнего пункта. Видеть абсолютно счастливого Демида с новорожденным ребенком на руках – это гамма эмоций. Радость за то, что они дождались это счастье. Малыш будет купаться в любви, уж точно. Грусть, когда посмотрела на Демида и подумала, что это мог бы быть его ребенок от другой женщины… Эти мысли очень странно отозвались во мне тупой болью.
Я не ожидала от себя такого.
И отчаяние… за то, что у нас мог бы быть такой же прекрасный малыш, если бы мы не потеряли все, что было между нами. А сейчас у меня большие проблемы с гормонами и гора таблеток на завтрак. Мне не то что родить – мне забеременеть непросто, а потом еще и выносить. И так это все… больно, блин, что слезы по щекам стекают без остановки, и сделать я с ними ничего не могу.
