Показываю ему на нужную дверь, когда взглядом ищет, и он подходит к ней, прикладывая ухо к двери. Там тишина.
– Сонь, замок, тот что нормальный, открыт? – Киваю. – А если другой сломаю, переживешь? Я вызову мастера потом.
О боже… Он что собрался делать? Я догадываюсь конечно, но почему-то страшно становится! Мой начальник у меня дома выбивает дверь в квартиру моих родителей, которую моя тетка со своим мужем превратили в забегаловку. Вау! Восхитительно! Несите приз как самому лучшему неудачнику.
Киваю. Потому что и замок я переживу, и выбора другого у меня нет.
Только ехать на работу в грязной юбке, но как-то уже поздно Мирославу Сергеевичу говорить о том, что уже не так уж это и страшно, наверное…
Он дергает ручку раз, два, а потом упирается ногой в стену, дергает ее еще сильнее и, боже! Дверь поддается! Как…
– Обычно эти замки не самые прочные, – говорит он с улыбкой, открывая дверь пошире. – Прошу, Принцесса.
– Спасибо, – говорю ему снова дрожащим голосом и забегаю внутрь. – Я быстро!
Лечу в комнату.
Краем глаза заглядываю на кухню и морщусь от увиденного. На столе и полу бутылки, остатки еды, жуткий запах… дядя Юра спит прямо за столом, тетя Катя – на диванчике рядом. Боже… Как же мне противно.
У нас когда-то был хороший ремонт, по крайней мере для тех времен, когда родители были еще живы. И я каждый раз с радостью бежала домой, потому что всегда тут было комфортно и приятно находиться. Сейчас же… Нет. Это ужасно.
Залетаю в комнату, единственное, что в квартире остается в хорошем состоянии, стягиваю с себя все вещи, переодеваюсь в первое попавшееся платье, чтобы не тянуть время с выбором одежды, хватаю со стола косметичку, чтобы по пути привести себя в порядок, и вылетаю обратно, застывая на месте…
Потому что Мирослав Сергеевич стоит в коридоре прямо напротив входа на кухню и смотрит в ту комнату.
Черт… Я не хотела бы, чтобы он заметил этот ужас.
И, видимо, это сожаление слишком отчетливо видится в моих глазах.
– Прости, Сонь, – говорит он мне, поворачивая голову, – хотел убедиться, что ты в порядке.
Едем?
– Да, – киваю ему, а сама не знаю, как после всего с ним рядом находиться… Это даже хуже теперь будет, чем после секса. В сто раз больше неловкости. Потому что там был просто секс, а тут… Часть жизни, еще и далеко не самая приятная. Он не должен был этого видеть.
Глава 9. Мирослав
Фак… Как она живет в таких условиях? Как бедная девчонка в девятнадцать лет может вообще так жить?
Она же умница, красавица, исполнительная, правильная.
