Михаил очень спешил, и думать о машине было некогда. Либо успеет, либо нет. И вот перегретый движок заклинило, он стоит посреди леса в пятнадцати километрах от дороги, по которой, может, раз в неделю и проезжает машина или деревенская подвода.
Четыре часа назад Сосновский подъезжал к железнодорожному переезду. Перед ним шла «полуторка», крытая брезентом. Она проскочила перед ним слева, когда Михаил выезжал с деревенской грунтовки на шоссе. Он даже не особенно обратил внимания на эту машину, думая о своем.
Машина скрылась за поворотом дороги. Здесь дорога вообще была довольно извилистая. Лес обступил дорогу со всех сторон, и Сосновский гнал свою машину, то набирая, то сбавляя скорость. Он думал о Рубцовых, о погибшем заместителе главного инженера ГРЭС. И о том, как же им все-таки выйти на диверсантов, на их явно существующую сеть, обосновавшуюся на Дальнем Востоке и начавшую активно действовать.
В принципе, Шелестов был прав, заявив, что не стоит отвлекаться на мелкие диверсии, которые являются лишь отвлекающими действиями и совершаются теми, кто никак не связан с главной диверсионной группой.
Если их и брать живыми, то они все равно ничего не смогут рассказать. Задание передано по разовому каналу связи, подготовка взрывчатки и других средств произведена не ими. Задача этих людей, которых использовали втемную, прийти в указанное место… и осуществить диверсию в нужное время и в нужном месте. И все. На разработку этих групп не стоит тратить время.
Пусть ими занимаются местные органы. Группе Шелестова нужно вычислять те объекты, которые враг считает стратегически важными и на которые он обязательно совершит атаку. И тут перед группой стоит сложная задача. С одной стороны, предотвратить нападение, с другой — не вспугнуть диверсантов, дать им возможность начать операцию и только потом взять. Всех!
Где и когда они проявят себя? Это неизвестно, об этом можно гадать с определенной степенью точности, но все равно гадать. Гадать, учитывая японскую специфику.
Здесь готовит диверсию не немецкая разведка, а японская. Этих не перевербуешь. Любого немецкого разведчика можно перевербовать, можно заставить отказаться от своих намерений, можно даже убедить вообще не служить Гитлеру. Японские же фанатики пойдут на все: будут предавать, лгать, продавать и покупать, жизнью своей пожертвуют, но задача будет выполнена. Никаких преград, только выполнение воли императора и служение ему.
