Пять дней не видел и не слышал эту рыжую непокорную и непослушную девочку. Точно царица, гордая, дерзкая, никому не позволит управлять собой.
Сколько раз за это время я гнал от себя даже намек на мысли о том, как бы все сложилось иначе, сделай я тогда другой выбор?"
"Но в том то и дело, что тогда я не мог поступить иначе.
Серёга только заигрался, запудрил мозг моей девочке, даже думать не хочу и представлять, что происходит между ними. А может, он уже приучил ее к своим грязным играм и ей нравится?
Нет, не поверю.
Маргарита что-то еще говорит, отворачиваюсь, смотрю в окно, там все так же печет солнце и тополиный пух кружит в воздухе, зависая, словно в замедленной съемке. Всегда, глядя на него, вспоминаю Регину, слезы в ее зеленых глазах, аромат яблок и хрупкое девичье тело, что я нес на руках до ее квартиры.
– Что ты сказала?
– Что именно, Матвей Евгеньевич?
– Какой клуб?
– Я не говорила ни о каком клубе.
Точно не говорила, а я вспомнил, где видел мою новую секретаршу.
– Клуб «ЧБ», ты была там три месяца назад.
– Да, это популярный клуб нашего города, очень приличное место.
Знаю я хозяина этого «приличного места», сутенер, а компаньон его – барыга кислотой.
– Нет, ты тыла с моей женой, когда я приехал ее забирать. Ты сидела на коленях у лысого мужика.
Маргарита теряется, отводит взгляд в сторону, мнет в руках блокнот.
– Вы ошиблись, я не сижу на коленях у мужчин в общественных местах.
Врет. А когда мне врут и пытаются наебать, я это очень не люблю.
– Минет.
– Что?
– Сделай мне минет.
– Но… Матвей Евгеньевич, я секретарь, а не проститутка.
– Уверена? Сколько тебе обещала моя жена за соблазнение, за эту дешевую подставу?
– Я не понимаю, о чем вы говорите.
– Будет минет или нет? А давай сделаем так, – медленно подхожу к главной героине спектакля, актриса из нее дерьмовая, но мне становится весело. – Ты наберешь Диане, сообщишь, что я клюнул, а пока будешь стараться, стоя на коленях с моим членом во рту, мы ее подождем.
Девушка часто дышит, когда я оказываюсь еще ближе, на ее шее пульсирует артерия, грудь тяжело вздымается.
Она облизывает губы, думая, что это соблазнительно, готовая согласиться на все.
Я вычислил, чего добивается моя жена, когда третья подряд секретарша начала почти открыто себя предлагать. Все мои сексуальные отношения с женщинами были на основе денег, я платил, они раздвигали ноги или вставали на колени.
Исключением стала жена, тут уже я купился на связи ее отца, чувствуя себя при этом шлюхой.
