— Какой еще срок, док?
— Алиса беременна.
Глава 48
Тимур
— Я… не знаю, — новость о ее беременности еще никак не может сформироваться моем мозгу.
Ребенок. Я стану отцом. Алиса, моя милая девочка, ждет чудо. Наше чудо."
"— Доктор, — голос ее матери дрожит. — вы должны знать, что прошлая ее беременность закончилась смертью малышки, — сердце кровью обливается, стоит ей обо всем вспомнить.
Алиса. Одна. В чужой стране. На операционном столе. Испытывает адские муки. А я… я упиваюсь в хлам. Трахаю баб. Живу как подонок, даже не собираясь ее разыскивать.
— Мы проведем все необходимые анализы. А пока, — грустно вздыхает. — остается только ждать.
Слышу хлопок двери. Как выстрел из пистолета. Смертельный.
— Если с моей дочерью что-то случится, я обрушу небо на твою сраную голову, Воронцов.
Марина Петровна машет перед моим лицом кулаком, наровясь в любой момент врезать мне по лицу. Слезы текут из ее глаз, а я даже не в силах утешить маму своей любимой девушки. Она не подпустит к себе близко. Да и к Алисе возможно тоже.
Места себе не нахожу. Мечусь по комнате как загнанный зверь. Я тут один на один с ее родителями. Отец вышел поговорить с кем-то по телефону. Должно быть следит за новостями из полиции.
— Марина, тебе нужно успокоиться, — Михаил Алексеевич крепко прижимает жену к себе и гладит по голове. — С Алисой все будет хорошо. Она сильная девочка. Со всем справится.
— А если она не выдержит? Если не перенесет эту беременность? — сглатываю застрявший в горле ком. — Ты же помнишь, что с ней было 5 лет назад.
Как я вытаскивала ее из скорлупы, как к жизни возвращала. И кто был тому причиной, — взгляд, полный ненависти, обжигает. — Алиса любила, а ей безжалостно сердце…
— Марина Петровна, все не так, как…
— Заткнись! — перебивает. — Заткнись, мерзавец! — подбегает, тычет пальцем в грудь, мысленно уничтожая. В ад бросая, хотя я и так там. — Ты наигрался с ней, наобещал светлого будущего, а потом бросил. Выкинул как старый башмак. Пошел трахать баб вместо того, чтобы рядом с беременной девушкой быть.
Чтобы поддерживать ее в самую трудную минуту.
— Я не знал, что Алиса беременна, — внутри все сжимается. — Тогда бы… тогда… — хочется волосы рвать на голове от безысходности и отчаяния.
— С ней бы ничего не произошло, не появись ты вновь в ее жизни. Моя девочка сейчас страдает там, — показывает пальцем на реанимацию. — И все по твоей вине. Опять! — ее трясет, шатает. Михаил помогает ей сесть, передает стакан воды и укоризненно качает головой.
