– Господин хочет поговорить с вами, – неожиданно объявляет после ужина горничная и, хотя она предлагает оставить ребенка с няней, я не выпускаю Асада из рук, направляясь за ней через длинную анфиладу комнат к кабинету хозяина дома. Его, я, кстати, не видела со дня приезда.
– Здравствуйте, Виталина, – приветствует меня Асхаб, выглядя так же устрашающе, как я запомнила.
– Добрый вечер, – отвечаю вежливо, стараясь не пялиться на него, как напуганная коза.
– Вита, рад снова видеть, – неожиданно доносится откуда-то сбоку и я понимаю, что в комнате кроме нас был еще и Саша.
"
"– Саша! – удивленно округляю глаза, чувствуя, как сердце тревожно колотится в груди.
– Думаю, ты уже в курсе, почему я приехал, – невесело усмехается он.
У меня слабеют колени. Я сажусь в кресло, крепко прижимая к себе беспокойно завозившегося малыша, и пытаюсь не делать выводов раньше времени, но они сами так и просятся наружу.
– Он умер? – выдыхаю едва слышно, чувствуя, как перехватывает горло.
– Мы не знаем, – мрачно отвечает Асхаб.
– Булат не выходит на связь и наша забота сейчас – следовать его инструкциям.
– Через два дня я вывезу вас с сыном, – мягким успокаивающим тоном говорит мне Саша. – Лучше всего в Европу. В Россию пока нельзя.
Я тупо киваю, пытаясь переварить мысль, что Булат реально в данный момент может оказаться мертвым. И это, черт побери, так больно, что хочется завыть.
– У тебя есть определенные пожелания, Вита? – спрашивает Саша, подходя ко мне и присаживаясь на корточки, чтобы поймать мой взгляд.
Сейчас этот мужчина выглядит таким добрым, что мне инстинктивно хочется довериться ему. Но Тагиров научил меня не доверять даже любимым, поэтому я отгоняю это чувство ложной безопасности.
– Нет, – качаю головой, успокаивающе выводя круги на мягкой спинке львеночка, хотя это больше нужно мне, чем ему.
– Мне выбрать англоговорящую страну? Ты ведь не знаешь других языков?
– Нет, только английский.
– Хорошо. У меня уже есть варианты, это не займет много времени. Еще пара дней и мы улетим.
Я тупо киваю, уже не особо вдумываясь в его слова. Мужчины выражают свое сочувствие и убеждают в том, что помогут мне в любой ситуации, после чего я снова направляюсь в женское крыло, уткнувшись носом в рыжие волосики Асада и продолжая поглаживать его по спинке, пока все внутри медленно замораживается в состоянии, которое раньше пугало меня до смерти, а сейчас дарит лишь облегчение, ведь так мои эмоции надежно заперты внутри и не прорываются наружу.
