– Может, когда-нибудь, – пожимаю плечами. – Мы с Булатом пока живем путешествиями и даже с одним малышом это нелегкая задача.
– У вас будут красивые дети, – бесхитростно заявляет она. – Если говорить чисто о внешности, то из мужчин Тагировых Булат самый красивый, в классическом смысле. А о том, что ты красавица, ты и так знаешь. Одни эти синющие глаза чего стоят!
– У тебя тоже красивые глаза, – смеюсь я, чувствуя себя польщенной от комплимента. Женщины редко признают красоту друг друга и я нечасто такое слышала в свой адрес.
– Бледные, – морщится она. – Вот бывает же насыщенный зеленый цвет, а? Я всегда хотела такой. А у меня он такой, словно я подслеповатая старушка с прозрачными глазами.
– Ты просто напрашиваешься на комплименты.
– Неправда! – смущенно смеется она. – Я же не в этом смысле, я…
– Успокойся, я пошутила.
– А, хорошо, – вздыхает она. – Я не всегда правильно понимаю посыл людей, потому что очень долго жила взаперти. Сначала в доме моего отца, а он даже страшнее папы Джалала, потом в доме свекра.
Я только привыкаю к свободе и люди меня все еще удивляют. Перед нашим приездом сюда я еще пообщалась с сестрой Джалала, которая остановилась у нас в Москве, и она здорово подпортила мне жизнь. Ясмина – настоящая мегера и любит бить исподтишка, притворяясь хорошей."
"– Ну, я не мегера, так что все, что говорю – то и имею в виду. Что же касается сестер Тагировых, то я ни одну не встречала. Они объявили Булату бойкот, но ты, наверное, в курсе.
– Вам повезло, вот бы они и на Джалала обиделись, – стонет Аза. – Ты не представляешь, какие это страшные женщины. Только две нормальные, но одну муж никогда не отпускает к нам, а вторая… Раяна. Та, которая умерла.
«Она не знает, что я воспитываю сына Раяны, – успокаиваю я свою тревогу, появившуюся после этого имени. – Никто не знает, так что не паникуй».
К счастью, меня спасает бормотание проснувшегося Асада из радионяни, который, обнаружив себя в незнакомой обстановке, сразу же заливается плачем.
Оставив Азу, я иду за своим сыном, чтобы переодеть его и принести вниз для кормления. Львенок теперь ест бутылочку только перед сном, так что нам необходима настоящая еда, а Аза предупредила, что их повар приготовил на всякий случай овощную пюрешку и вареную курицу для малыша. Вот у него будет настоящий пир!
* * *– Ма, дай! Дай-дай-дай! – визжит львенок, увидев у меня в руке бокал с фруктовым безалкогольным коктейлем.
