За время, проведенное в доме Тагировых, я многое почерпнула об их обычаях и традициях.
Тем не менее, Джалал с Булатом идут впереди, непринужденно разговаривая о некоем Семене, которого я знать не знаю, пока я плетусь следом, рассматривая дом. Он наверняка построен много десятилетий назад, что видно сразу теперь, когда у меня есть опыт путешествий по многим историческим местам в разных странах и я нахожу его просто очаровательным.
– Комната для ребенка имеет смежную дверь с вашей, – объясняет брат Булата, когда мы заходим в красивую спальню в кремовых тонах.
Я замечаю, как его взгляд останавливается на сопящем в объятиях отца малыше и чувствую странную тревогу, но Джалал быстро отворачивается и объяснив, где найти столовую после того, как мы устроимся, выходит, оставляя нас с мужем одних.
– Не так уж и неловко, а? – усмехается Булат, направляясь в комнату, которую выделили для львенка.
Там даже оказывается детская кроватка, в которую он и укладывает нашего сыночка, поставив рядом радионяню, которую мы захватили вместе с другими детскими вещами.
– Булат, он ведь не знает об Асаде, да? – спрашиваю я, терзаясь сомнениями.
Тагиров напрягается и бросив на меня строгий взгляд, качает головой, приложив палец к губам."
"– Никто не знает, Вита. Мы уже говорили об этом. Тема закрыта.
– Хорошо, – соглашаюсь я с облегчением. – Я просто хотела уточнить, принимая во внимание то, что твой брат знает слишком много твоих секретов.
«Этот он не знает», – говорит выражение его лица и я молчу, не развивая неприятную тему. Мало ли почему Джалал так странно пялился на нашего сына. Может он просто раньше на детей внимания не обращал, а теперь готовится, потому что скоро сам станет отцом.
– Ладно, пойдем вниз, – говорю я, беря мужа под руку. – Я уже проголодалась и мне не терпится поговорить с Азой, потому что у меня накопились кое-какие вопросы.
– И что, даже не ревнуешь меня к ней? – приподнимает бровь Булат.
– Ни капельки. И ты знаешь почему. Если уж твой брат-дикарь так спокоен, то почему я должна волноваться? – ломаю ему игру.
– Хорошо, что ты у меня такая мудрая, – улыбается Булат, целуя меня в губы и в щеку. – Я люблю тебя, Виталина Сергеевна.
– И я тебя, Булат Булатович.
Глава 31
Наш обед проходит в непринужденной обстановке за разговором мужчин о делах и моими перешептываниями с Азой, потому что мы не хотим им мешать.
