Кто подсылал убийц?..
Червлен крякнул, прочистил горло, снова крякнул. Наконец сказал осторожно:
– Вообще-то да, Ваше Величество.
– Зачем?
Червлен растерялся, за ним белели такие же растерянные лица.
– Как зачем… ну, головы долой!..
Мрак отмахнулся:
– Брось, Червлен. Сам знаешь, что, когда правитель не тянет ношу, он должен уступить место тем, кто тянет. Если не уступает, его нужно… сдвинуть самим. Что ты и собирался сделать, не отпирайся. Все верно, кроме законов тцарства над нами есть еще и законы богов! Так что не будем искать виновных.
Прощение всем… даже не прощение, а просто перевернем эту страницу Книги Бытия и начнем другую. А вот потом, если кто продолжит посягать на мою драгоценную жизню, – того за ребро на крюк и на городскую стену! Поближе к городским воротам. Чтобы до-о-о-олго кричал и чтоб все видели… Я говорю доступно? А то со звездами приходится на умном языке, а с людьми… ну, все равно что с козами. Аж непривычно для такого звездного мудреца…
Остаток дня прошел без приемов, обильных обедов.
Честно говоря, Мрак вообще не помнил, ел он сегодня или нет. В Лесу привык обходиться по нескольку дней без еды вообще, а потом умел наверстывать…
Вечером он, велев себя не тревожить, задвинул ножкой кресла дверь и ушел через подземный ход в город. На перекрестках остались темные пятна от костров, но огонь теперь шел только от окон, да перед корчмой горел большой смоляной факел.
Он прошелся от центра к кварталам ремесленников, пошел вдоль городской стены. Донесся звонкий цокот копыт.
Четверка дорогих коней катила изящную крытую повозку. Мраку почудилось, что от коляски пахнуло дорогими притираниями.
Он насторожился: кто же уезжает из безопасного города на ночь, пробежал немного следом. Перед городскими вратами кони остановились, страж подошел неспешно, слышно было, как ворчит, сопит, вгляделся, кликнул старшего. Явился командир, толстый сотник в кольчуге до пояса.
Мрак не слышал, что он спрашивает, что ему отвечал мужчина с вожжами в руках. Сотник наконец махнул рукой, стражники нехотя пошли к воротам.
Створки заскрипели, кони тут же нетерпеливо двинулись вперед, будто намеревались протиснуться в щель.
Мрак сумел рассмотреть в повозке женщину, что куталась в плащ. Мужчина дернул вожжи, повозка понеслась в ночь. Створки тут же закрылись, солдаты вложили в петли толстый засов. Подошел младший командир, спросил тихонько:
– Это они?
Сотник долго смотрел вслед, прежде чем ответить. В выпуклых глазах было немалое изумление.
