Мрак насторожился, но если в первый день начал бы выпутываться, то сейчас, обнаглев, прорычал лишь:
– Это они все – неправильные!
И шагнул в золотой камень. Камень сразу потерял почти половину блеска, колдун горестно взмахнул руками.
Конь радостно заржал, стукнул в землю копытом. Мрак обнял его за голову, конские бархатные ноздри обнюхали его по-собачьи, Мрак засмеялся, поцеловал в умную морду.
– Я никогда тебя не оставлю, – сказал он. – Мы еще с тобой поскачем… скоро наскачемся от пуза! Весь мир будет у нас под копытами…
Он вскочил в седло, конь тут же, как ощутив направление, пошел быстрым и все убыстряющимся галопом.
Впереди тускло блеснуло непомерно огромное болото. Сердце Мрака сжалось: чересчур скоро это болото, не успели разогнаться, в такой трясине погибнет не одна армия… Конь понесся по болоту с такой скоростью, что гнилая вода не успевала расступаться, лишь брызги разлетались в стороны, и, оглянувшись, он увидел вытянувшийся позади след на воде, словно на снегу, по которому пронеслись на санях.
Конь несся все быстрее, вода уже не успевала даже подниматься брызгами, а если и поднималась, то очень далеко сзади, Мрак пригнулся, прячась от раздирающего рот ветра.
– Золотой ты мой, – сказал Мрак с чувством. Ветер срывал слова прямо с губ и уносил, но он повторил упрямо, понимая, что конь слышит: – Золотой ты мой, огненный!.. Как бы ни удобно шагать прямо из Барбуса в Куябу, но я тебя не оставлю… Мы еще поскачем!.. Мы еще себя покажем… Мы еще поживем, не век же нам зализывать раны…"
"Жаба прыгнула навстречу Манмурту, едва тот вошел.
Он нагнулся и подхватил ее на руки. Мрак ревниво наблюдал, как она облизала ему лицо, потом вырвалась и поскакала показывать, где у нее под шкаф закатилась косточка.
Манмурт долго ползал на четвереньках, жаба от нетерпения прыгала у него на голове, наконец он ухитрился выгрести ее сокровище на свет. Хрюндя ухватила и бросилась к закрытой двери, уверяя всем видом и вилянием короткого хвостика, что пойдет гулять только со своим богатством.
Потом пришел Аспард… Мрак посмотрел на него, все понял. Манмурт ахнул, смотрел то на Аспарда, то на Мрака.
– Садись, – велел Мрак, – садись, садись! Это мое повеление такое. Ты это ты или же лопух под дождем?…
В глазах Аспарда было такое, что лучше даже лопухом под ливнем, чем вот им сейчас, начальником дворцовой стражи.
– Как получилось?
– Не знаю, – ответил Аспард с отчаянием. – Все шло, как и задумано.
