Он оправдывался тем, что видел мечи и подороже, рукоять в его руках начала подрагивать, вот-вот лезвие сломается, но камень наконец подался вовнутрь стены и в сторону.
Из прохода пахнуло сыростью. Это явно не тцарский ход. Чувствуется, копали торопливо, наспех, небрежно. Ход вора, который нашел путь к тцарской сокровищнице. И, возможно, немалую часть уже перетаскал…"
"Мрак сделал пару шагов, приходится идти, сильно согнувшись, спохватился, ударился оземь, уже на четырех помчался по низкому туннелю. Дважды под лапами плеснула вода, потом ход начал медленно подниматься, он увидел в мире запахов простую дверь, а затем, когда приблизился, его острые волчьи глаза уловили идущий из-под двери очень слабый рассеянный свет.
Прислушался, по ту сторону жилым не пахнет. Словно склад старой рухляди, хотя слабый запах человека присутствует. Очень слабый, словно тот прошел здесь не раньше чем неделю назад, прошел быстро, нигде не задерживаясь, ничего не трогая.
Решившись, Мрак вернулся в человечью личину, взялся за дверь, ощупал.
Если и есть запор, то явно с той стороны. Можно, конечно, вышибить эту дверь, она из дерева, но неизвестно, куда она ведет и кто прибежит на шум…
Долго нажимал, пробовал раскачать, даже подкопать, наконец дверь все же поддалась, хоть и вместе с дверной рамой. Мрак успел подхватить, осторожно опустил на землю. Прислушался, новые запахи донесли, что он в подвале, а совсем близко, в помещениях повыше, хранятся соленья, копченья, сильно пахнет репой и брюквой.
Из-под дальней двери наверх пробивается слабая струйка света. Но тихо, светильник просто будет гореть всю ночь. Либо здесь богачи, либо забыли загасить. Глаза медленно привыкали к полутьме, и Мрак, когда понял, что в этом помещении, едва не выругался вслух.
От стены и до стены по меньшей мере половина того богатства, что должно находиться в тцарской казне. То-то он не видел в казне мелких шкатулок, ларчиков – они все уже здесь. И сундуки в его сокровищнице потому пустые, что их содержимое здесь в простых мешках…
– Ну, сволочь, – проговорил он шепотом, – это же надо…
Запахи в этой комнате были запахами только одного человека.
Эти запахи идут от всех мешков, от стен, ими пропитан пол, куда срывались капли пота умельца, работающего втайне от всех. Работающего каторжно, ибо эта работа оплачивалась воистину по-тцарски.
Когда он заканчивал таскать все обратно, мелькнула мысль, что опять поступает по-дурацки – как волк-одиночка.
