Мрак смотрел с интересом, начальник стражи никак не может поверить, что тцар в самом деле хоть на время опустил взор со звездного неба на землю, на свою страну, на подданных, о которых обязан заботиться.
– Оставь людей, – велел Мрак.
– Всех?
– До последнего человека.
– Но, Ваше Величество!..
– Я тцар или не тцар?
– Тцар, – ответил Аспард покорно, но в его голосе звучало недоговоренное «пока еще».
Мрак пустил коня вскачь. Они пронеслись в двух полетах стрельбы из лука от артанской башни. С ее верхушки за ними наблюдали, даже подали слабенький дымовой сигнал.
Слабенький, ибо всего двое всадников, что не больше чем разведка.
По дороге Мрак с недоумением смотрел на огромные скирды, уже потерявшие золотистый цвет, теперь серые, неопрятные. Там хлеба столько, что можно прокормить немалое войско, но все попрело, застоялось, сверху ветром нанесло земли, растет колючий с виду чертополох, даже вон заметно гнездо какой-то сообразительной птахи.
Дома тянулись по обе стороны улицы полумертвые, а когда они оборвались, долго мелькали пустоши, проплешины, которые в других местах взяли бы под огороды или под пашни, но здесь только чертополох, хотя тоже какой-то серый, злой, весь из колючек, даже листья и не листья вовсе, а тоже колючки.
– Люди бегут, – сообщил Аспард.
– Давно бегут, – бросил Мрак сердито. – Могли бы что-то да сделать раньше…
Сказал и осекся, ибо Аспард сейчас же ткнет его носом в собственное… в собственное звездное небо.
И будет прав, ибо он теперь – тцар. Надел тцарскую корону – отвечай и за всех тцарей, что правили до тебя.
Еще тогда, со спины Змея, он видел, что земля Барбуссии выглядит островом. Не остров, конечно, море только с одной стороны, но с другой – горный хребет, что загибается подковой, почти отрезая на севере от Куявии и на юге от Артании. Маленькая страна, не больше трех сотен верст хоть с востока на запад, хоть с юга на север. Маленькая, компактная, богатые земли, богатые горы, щедрое море.
Только на севере, где с Куявией связывает полоска проходимой для войск земли, начинаются соленые озера, что идут в глубь Куявии. Там ни трав, ни деревьев, ничего живого, но это там, уже в Куявии…
С юга со стороны Артании берега скалисты и обрывисты. К тому же из воды в часы отлива высовываются острые зубья подводных скал, но и во время прилива их не миновать, пробьют дно любого корабля, и все отборные войска пойдут на дно.
