– Эх, мне бы волком… А еще лучше – птицей! Хоть воробьем каким общипанным, и то счастье. А если бы таким страшилищем, как ты, я бы вовсе прямо в небе… помер… от вос… торга…
Голос его становился все тише, наконец на полуслове оборвался, Олег услышал ровное сопение, мощное и беззаботное, словно человечество уже спасли, пряники получили.
Стены дрогнули снова, с потолка посыпался мусор. На потолочной балке мявкнул большой страшный кот, хищно блеснули желтые глаза в полутьме. Снова грохнуло, в светильниках испуганно заметались языки огня.
Олег встал, нащупал в темноте плечо Таргитая, потряс:
– Кого Мрак оставил бдить?
Таргитай спросонья отбивался, наконец понял, что волхв не отстанет, раскрыл глаза, сел на лавке. В щелочку ставней заглядывал краешек луны, в бледном свете лицо Таргитая казалось мертвенно-бледным и вытянутым, как у утопленника.
– Какое бдить? – спросил он сердито. – Мы на постоялом или что?.. Или мы в лесу у костра?
– Но что-то творится!
– Змей сослепу налетел на крышу, – сказал Таргитай недовольно.
– Ну и что?
– Змеи так низко не летают, – возразил Олег. – К тому же не на крышу, а на стену.
Грохнуло и тряхнуло сильнее, Таргитай сказал обрадованно:
– Нет, на крышу!
– Это сейчас на крышу, а тогда было на стену, – возразил Олег. – Что бы это значило?
Таргитай почесал голову, сказал виновато:
– Я не волхв… Чего мне до всего допытываться?
– Да и волхвы не до всего допытываются, – буркнул Олег. – Будь этот Змей… Черт, вот еще один!..
Что у них там, стая?.. И все головами о стену?
Таргитай предположил:
– Наверное, на огонь летят. Как бабочки на свет. Я слышал, что один злодей зажигал ложный маяк на берегу, корабли плыли туда и разбивались о подводные камни. А он подбирал их сокровища.
Олег усомнился:
– Какие у Змеев сокровища?.. Разве что в гнездах, там мы находили, верно. Но в лапах же не каждый несет! Пока насобираешь сокровищ, столько мусора нападает… Да и головами стены расшибут, если вот так… ого!..
– Вожак, наверное, – предположил Таргитай.
– Вожаку положено быть крупным. Вон как Мрак у нас.
Стены вздрагивали иной раз совсем слабо, словно о стену бились головами Змеи-недомерки, подростки, но иногда чувствовались удары матерых тварей, даже стол ходил ходуном, а мешок с монетами в конце концов со звоном съехал на пол.
Олег с отвращением отмахнулся:
– Даже если стая, когда-то кончится?.. Ладно, будем спать. Завтра утром Мрак поднимет ни свет ни заря.
