Неожиданно в ресторан вошла Гертруда в своем карнавальном костюме. Она присоединилась к нам, и я представил ее Ставру Игнатьевичу как свою невесту. Диомидов галантно поцеловал ей руку. Мы приступили к трапезе. Поезд тем временем мчался среди высоких серых скал.
Вскоре двери вагона распахнулись, и в ресторан вошел приземистый толстый старик в высоком цилиндре и долгополом пальто с меховым воротником. Я уже видел его раньше, отчего-то он привлек мое внимание при посадке в поезд. С неприятной ухмылкой он прошел мимо нас, официанты подобострастно засуетились перед ним, приглашая сесть за самый лучший столик.
На воротнике его пальто что-то сверкнуло. Я присмотрелся и увидел, к своему удивлению, большого стеклянного паука величиной с кулак. Эта тварь шевелилась! Быстро перебирая прозрачными лапками, паук скрылся за отворотом воротника.
– Кто это? – спросил я у Диомидова.
Ставр Игнатьевич открыл рот, чтобы ответить, но в этот момент поезд резко дернулся и остановился. Приборы и посуда слетели со столов, выпечка рассыпалась по полу.
Пассажиры попадали на пол, опрокидывая стулья и сдергивая со столиков скатерти. Гертруду швырнуло вперед, и девушка упала в мои объятия. Она тут же со смущенным видом отстранилась.
– Что произошло? – послышался тревожный крик.
– Почему мы остановились?
Вскоре выяснилось: что-то случилось с паровозом. Пассажиры громко возмущались, проводники пытались их успокоить. В коридорах возникла толчея, некоторые пассажиры вышли на улицу. Мы с Диомидовым тоже последовали их примеру.
И я увидел наш паровоз. Он был стеклянный, и с обеих его сторон зияли огромные дыры, колеса, поршни, детали механизмов выглядели источенными, изъеденными, словно древесина, над которой поработали жуки-древоточцы. Из больших дыр прогрызенной топки вырывались клубы белого пара. А самое странное: паровоз искрился и переливался на солнце, словно усыпанный бриллиантами.
Присмотревшись, мы увидели пауков. Целые полчища стеклянных тварей, как две капли воды похожих на того, что я видел на пальто толстого старика, облепили паровоз, продолжая его уничтожать.
Нам еще повезло, что состав не сошел с рельсов. Проводники предлагали успокоиться и подождать помощи, но многих пассажиров такая задержка не устраивала. Кое-кто из них начал собирать вещи, чтобы сойти с поезда и пешком добираться до ближайшей станции. Я огляделся, пытаясь найти в толпе того старика в цилиндре. Почему-то мне казалось, что он каким-то образом был причастен к аварии. Но толстяк куда-то исчез.
