Как только лысый ушел, я закрыла дверь на щеколду и села на кровать. Все-таки противно, когда над головой висит камера и все движения контролируются. Раздеваться я не решилась, пришлось лечь в одежде. Перед глазами стоял Марат, закутанный в простыню, и от этого мне опять захотелось плакать.
На следующий день мне пришлось завтракать вместе с Григоричем, внимательно выслушивая его наставления.
— Надо тебя переодеть, чтобы ты в од нов и том же не ходила.
Через несколько минут лысый прине красивое стильное темно-красное платье полностью соответствовавшее моему придирчивому вкусу.
— Ну-ка, примерь, дочка, — улыбнулся Григорич.
— Отвернись.
— Ты что, дочка, что я там не видел! Переодевайся без стеснения.
Я не стала спорить, быстро скинула костюм, купленный Маратом, и надела платье.
— Вот это другой разговор, — улыбнулся Григорич и позвал лысого.
— Костик, отвези девочку.
Как только мы отъехали от этого кошмарного дома, лысый хитро посмотрел на меня и, улыбаясь, спросил:
— Так о чем ты вчера хотела со мной поговорить?
— Я же тебе все сказала.
— Я же не дурак! Я видел, что ты засекла камеру.
— Какой ты умный.
— А ты сомневалась?
— Нет.
— Говори, чего хотела."
"— Я хотела, чтобы ты написал мне адрес того самого кабаре, где сейчас вкалывает моя подруга. Я пока плохо ориентируюсь в Токио, вернее, совсем не ориентируюсь. Я даже не знаю, где находится это кабаре. Здесь так много проспектов, дома все похожи. Я и гостиницу-то, где нас с девчонками поселили, теперь не найду.
— А зачем тебе ее искать?
— Это уже второй вопрос.
Так ты сможешь мне помочь?
— Нет.
— Тебе что, тяжело это сделать? Всего-то
нужно адрес написать.
— Сто баксов.
— Чего?!
— Сто баксов.
— Ты же прекрасно знаешь, что у меня нет денег.
— Тогда у меня нет адреса.
Я порылась в сумочке и достала стодолларовую купюру.
— Держи.
— А ты на глазах богатеешь! А говорила — нет. Это тебе Марат за ночь заплатил?
— Не твое дело. Пиши адрес. Лысый остановил машину, достал листок и написал название улицы и район где находится кабаре.
Я свернула листок и положила его в сумочку.
— Если ты что-нибудь против Григорича замышляешь, я сразу тебе говорю: пустое все это. Григорич тебя из-под земли достанет.
— С чего ты взял, что я что-то замышляю?
— Это я так, на всякий случай тебя предупредил.
Мы подъехали к ресторану.
— На часах без пятнадцати двенадцать, как убить время, ты знаешь. Встречаемся ровно через три дня на этом же месте. Я думаю, ты добудешь нужные сведения.
