— Почему же? — спросил низко, убирая волнистые светлые пряди с плеча, и касаясь ее шеи губами.
Она как всегда одуряюще сладко пахла. Моя девочка, и я не собирался с кем-то ею делиться. Обнял со спины, почувствовав ее легкий вздох, прижал к себе. Я прекрасно знал, как изменить желания жены, даже когда она не хотела, и сейчас мне чертовски необходимо было в этом убедиться.
— Я просто устала, — тихо сказала она, когда я повернул ее лицом к себе.
— Значит самое время расслабиться, — прошептал ей в губы, накрывая их своими.
"
"Она не стала спорить, ответила, но не так, как обычно. Я не чувствовал эмоциональной отдачи, чистая механика. Даже когда шелковый пеньюар слетел с острых плеч, Арина оставалась передо мной напряженной куклой. Доступным безупречным телом, каких вокруг тысячи. Просто бери и пользуйся.
Не это мне было нужно. Совсем не это. Я хотел ее всю, не только для себя, а для нас обоих. Хотел обжигать ласками до тех пор, пока она не начнет дрожать от возбуждения. Впитывать каждую эмоцию с ее лица.
Слышать частое дыхание, бешеный ритм сердца, ловить мягкие стоны с горячих губ и чувствовать, как дрожит мое имя в легком шепоте.
Распалял ее каждым новым прикосновением, настойчивыми поцелуями, направляясь к кровати. Почувствовал, как она наконец открывается, растворяясь в них. Но вдруг стопорится, закрывая лицо руками, ускользает. Хватает руками свою накидку и сдавленно шепчет:
— Прости, Рус. Мне правда нехорошо. Пойду поищу таблетку.
Арина вылетела из спальни, а я едва сдерживался, чтобы не рвануть следом и не встряхнуть хорошенько.
Да твою же мать…
Глава 11
В пятницу на телефон пришло сообщение от Камиллы. Было уже около восьми часов вечера, но я все еще торчал на работе. Торопиться домой я с некоторых пор перестал. Уютного мира там больше не существовало, а та атмосфера, что заменила его, походила на уродливую карикатуру, где главным идиотом был я. Мне удалось переключиться на работу и немного остыть. Мы с Михаилом готовились к приезду иностранцев, и к понедельнику наш проект должен быть идеальным.
— Руслан Александрович, рейс перенесли на вечер воскресенья, — произнесла Анастасия, положив трубку телефона, по которому говорила последние пять минут.
— Отлично, — недовольно протянул я и бросил телефон, так и не прочитав послание. — Переоформляй бронь сейчас же и все последующие мероприятия тоже. Встретим, как и планировали.
— Хорошо, — ответила секретарша и зашелестела листами своего ежедневника.
