— Проще никогда не бывает, — не согласился я, но навязывать свое мнение больше не стал. Разберутся, не маленькие.
Ближе к вечеру мама начала старую песню:
— Ариш, ты подумала? Согласить, с тремя детьми вам будет гораздо комфортнее жить в большом доме. Мы с Сашей хотели предложить вам занять весь второй этаж. Вы можете переделать его по своему усмотрению.
Родители очень хотели, чтобы мы переехали в их дом. После того, как Маша вышла замуж и стала жить отдельно, особняк совсем опустел. Я был не против, но не спешил озвучивать свое мнение, оставив последнее слово за женой.
— Подумала, — улыбнулась Арина. — Мы с Русланом посмотрим комнаты?
— Конечно! — оживилась мама.
— Ты уверена? — первым делом спросил я, когда мы зашли в дом.
— Ты знаешь, когда мы с тобой жили отдельно, и я буквально прописалась в загородном доме твоих родителей, чтобы видеться с детьми, мне очень понравилось, как мы ладили с твоей матерью. Она действительно во многом мне помогала. С ней комфортно. К тому же, я думаю, ей тоже нужна будет помощь с Римой.
Маша ведь уехала. Поэтому, если ты согласен, мы можем перебраться в этот дом.
Я поражаюсь своей жене. У нас со дня на день будет уже три сорванца, а она еще умудряется думать о маленькой девочке, которая появилась в нашей семье незапланированным подарком судьбы.
Едва мы ступили на лестницу, Арина внезапно поморщилась и погладила свой живот.
— Что такое? — насторожился я.
— Я не поняла… Либо твой сын так больно меня толкнул, либо… — она округлила глаза и посмотрела на меня.
— Нет, не толкнул. У меня схватки, Руслан!
* * *Примерно через пять часов на свет появился мой третий сын. Вадим Русланович Вольский. Когда меня пустили в палату к жене, и я взял на руки крошечного сопящего мальчугана, мир вокруг перестал существовать. Несмотря на то, что у нас с Ариной было уже двое прекрасных детей, ощущения были, как в первый раз. Когда прижимаешь к груди маленькую частичку себя, эмоции переполняют. И не важно кто в этот момент в моих руках — мальчик или девочка.
Это непередаваемая радость, гордость и желание оградить свое новое сокровище от всех бед реального мира.
— И снова наш сын похож на тебя, — прошептала Арина, когда я подсел к ней.
— Ничего подобного, — возразил я. — У Вадима твои глаза. Как ты? Устала?
— Очень хочется спать, — кивнула жена, зевая.
За окном глубокая ночь. Наш третий сын родился за пятнадцать минут до начала новых суток.
— Спи… — нежно поцеловал мягкие губы. — Я останусь сегодня с тобой.
