Вспоминать фразу посланника Дворца Ранс о том, что к этому миру подбираются авангарды сразу нескольких конкурирующих групп, я не стал. Это уже было бы лишней информацией — пусть Ярополк сначала освоится с той, что ему уже известна. Шокировать старых и консервативных смертных нужно постепенно.
— Мы всё выясним. Как только ударим по Москве, освободим императора и подавим мятеж.
Тот с задумчивым видом кивнул. Я же ещё раз окинул взглядом площадь. Людей становилось всё больше — теперь это и правда походило на небольшую толпу.
Правда, основная масса явно не относилась к высшим патрицианским родам. Если первыми прибыли как раз они или их вассалы, то сейчас пространство брусчатки быстро заполнялось разномастно одетыми людьми, у части которых вовсе не было родовых перстней. Те, кто мог управлять силой, но по какой-то причине не относился ни к одному из дворянских родов, решили воспользоваться полученным шансом.
Большая их часть была откровенно слаба. Редкие Мастера, много Окольничих и ещё больше Тысячников.
Но сейчас суть была не в этом. Мне были нужны те, кто пожелает идти в бой по своей воле. Захочет победить и уничтожить врага. Пусть даже они будут делать это не потому что рвутся спасти своего императора или этот мир, а из-за мечтаний о социальном статусе и богатстве. Основной момент — чтобы искренне хотели победы.
Что интересно — если не считать Голицыных, никто из сильных родов сюда так и не явился. Некоторые прислали своих вассалов, но ни один не отправил родную кровь.
А подавляющее большинство и вовсе проигнорировало призыв Ратибора. Вернее, формально как раз отреагировали. Но один кандидат в кавалергарды, который являлся сыном кого-то из вассалов третьего плана — ход, позволяющий понять реальное отношение патрициев к процессу."
"Сам Оболенский это тоже прекрасно понимал. Оттого и поглядывал на людей с их гербами хмуро и неприветливо. Зато общее количество собравшихся, число которых постоянно росло, патриция однозначно радовало.
Подождав ещё пять минут он при помощи силы воздвиг себе трибуну, использовав для этой цели наполненный досками грузовик, который попал в аварию неподалёку.
Вёз груз в один из княжеских особняков для ремонта, но не доехал — водитель потерял сознание после появления Тьерана и машина врезалась в фонарный столб.
Речь, которую озвучил Ратибор, была неплохой. Но слишком уж классической. Хотя, если подумать — почти все полководцы во все времена выражались одинаково.
